Work Text:
— Тодд, я не уверен, что свидание вслепую отличная идея. Я чувствую себя сейчас крайне неуютно: девять человек подсели ко мне, поговорили со мной, и что? Толк есть? Толка нет. Так, болтовня на 15 минут с потенциальными кандидатами, я так бы в Тиндере посидел, с тем же результатом. Можно я не буду ждать десятого “кандидата на мои руку и сердце”, а?
Тодд, подойдя к Дирку, уже и сам был не рад, что он с Фарой вообще затеяли это всё. Хотя на 80% идея принадлежала Фаре, это она захотела таким образом свести Дирка с каким-то… Патриком Спрингом. Тодд несколько раз видел его и втайне надеялся что он всё же не придёт. Не потому что Патрик чем-то плох, наоборот! Но если Патрик придёт… Тодду с ним не сравниться, это будет однозначный проигрыш не в его пользу.
Патрик был высоким мужчиной в отличной физической форме, лет сорока или сорока пяти, достаточно богатым, добившийся всего чего хотел собственным трудом, с располагающей к себе внешностью. Не удивительно что он в молодости был моделью и у Аманды даже журнал сохранился тех лет с его фотками! И если Дирк увидит Патрика и поговорит с ним… у Тодда тогда просто не будет шансов!
Да, это тупо, быть влюблённым в лучшего друга и помогать Фаре организовывать свидание, чтобы свести вместе не только Дирка с Патриком, но ещё и других участников данного свидания, а их примерно двадцать человек, Тодд точно не помнил. Фара нашла с помощью Патрика (не говоря самому Патрику всей правды, иначе она проспойлерила бы Дирка) подходящее кафе, убедившись вместе с ним что это действительно френдли-кафе, попросила именно у них провести встречу одиноких сердец, ну и какую-то сумму заплатила, само собой, чтобы на определённую дату и время заказать зал для проведения мероприятия, нашла нужных людей, а Тодд… А что Тодд? Выполнял мелкие поручения: выбирал меню для участников и отсеивал их список, чтобы не допустить троллей и гомофобов, которых хватало, помогал с рекламой. В общем, действительно помогал.
А теперь что, что дальше ему делать если Патрик всё-таки придёт сюда после работы и Дирк им заинтересуется? Сейчас он хотя бы может лелеять мечту о Дирке в роли своего парня, а если Дирк выберет Спринга… Тодд помрачнел, неожиданно увидев на своём телефоне уведомление о полученном сообщении: Патрик извиняется за то что задерживается и обещает, что прибудет через пять минут. Как нарочно, он всё же будет здесь. И Дирк, разумеется, выберет именно его!
Тодд знал что не во вкусе Дирка, что он просто ему друг, и в глубине души понимал что должен довольствоваться малым. Радоваться тому что он хотя бы друг, имеет возможность дотронуться до него, взять за руки или на руки в случае когда Дирку плохо или он ранен. Но этого было недостаточно! Хотелось большего, перейти черту, что отделяет друга от парня, но это вряд ли случится.
И вот, еле уговорив Дирка посидеть до конца свидания, Тодд отошёл на минутку к Фаре, что сидела за столом в дальнем углу зала и мило болтала со своей девушкой Тиной. Фара слегка удивилась что Тодд не находится рядом с Дирком, или не ходит периодически по залу, следя за порядком, но предложила ему сесть рядом с ними и перевела разговор на другую тему, чтобы и Тодд смог в ней принять участие. Это помогло отвлечься, перестать краем глаза следить за Дирком. В конце концов, неужели ему и вправду стоит так переживать, ну выберет Дирк Патрика, ну и что? Они же так и останутся друзьями! А значит Тодд не потеряет возможности быть рядом с ним.
Но всё же гораздо лучшим будет то, если Дирк парня так себе и не найдёт.
***
Патрик едва успел на встречу, ругаясь про себя на дурацкую пробку, которую невозможно было объехать. До окончания мероприятия осталось двадцать минут, куда он вообще едет, все же разойдутся скоро!
Дирк тоже нервничал, он, в отличие от уже ушедших счастливчиков, так и не смог никого выбрать и хотел было уйти, не дожидаясь окончания. Что ему тут делать, задницу просиживать? Это можно сделать и дома, здесь нечего ловить. Дирк собрал вещи, надел рюкзак и, сталкиваясь по пути с каким-то парнем, вышел из зала, глядя на проходящих мимо него людей и витрины бутиков.
Может, купить какую-то вещь, чтобы улучшить настроение? Думая, чего сейчас в его гардеробе не хватает, Дирк снял со спины рюкзак и, глядя на лямку рюкзака, с ужасом обнаружил, что пропал значок! Очень важный как подарок от Тины значок, с Дэдпулом, показывающим знак “Peace”.
Только этого ещё не хватало, потерять такой подарок, Тина старалась, делая его, она потратила не один день в поисках материала, краски, блёсток и нужного лака, искала булавку на шурупах, чтобы она уж точно не отделялась от значка. Дирк ходил с ним год, лишь для того чтобы потерять на злополучном “свидании”, чтобы в него по пути врезался парень, снёс значок и даже не извинился? Это уж слишком. Мужчине ничего не оставалось делать как идти назад, в кафе.
Войдя внутрь, Дирк не стал искать друзей, он уже предупреждал их что уйдёт. Если бы они заметили что тот вернулся, то мог бы объяснить им свой приход потом. Дирк стал ходить из одного зала (их был поменьше и подальше, за стеклянной перегородкой) в другой, привлекая к себе внимание посетителей, расспрашивать официантов, не видели ли они значок, потому что он успел подзабыть и то место где сидел, и то где его предположительно задели. Официанты, увы, смогли подсказать лишь место где он сидел, но, но они не видели ничего.
Да что ж такое, не мог же он провалиться сквозь землю, в самом-то деле! Может его кто-то украл или что? Дирк в очередной раз прошёлся по залам, поспрашивал, посмотрел под всей мебелью, под которой только мог, даже Тину с Фарой попросил помочь — ничего.
И вот, когда детектив, отчаявшись его найти, ответил на вопрос Тины что, мол, ничего нельзя сделать, её подарок исчез, Тина увидела что-то за спиной Дирка. Быстро изменившись в лице, она дотронулась до его руки, пробормотав: “Не может быть!”, и одновременно с её касанием до ушей Дирка донёсся чем-то знакомый, пробравший до мурашек голос.
— Возьмите, это, должно быть, ваше. Извиняюсь что не отдал раньше, мне нужно было отойти в туалет, так что отдаю сейчас.
Детектив, думая что лишь игры его странного воображения, резко повернулся и раскрыл от удивления рот. Да уж, Тина права, этого действительно “не может быть”.
Ожившая мечта Дирка (да и Тины, в какой-то степени) стояла здесь, терпеливо ожидая когда до них наконец дойдёт что происходит, в этом чёртовом зале, и держала в своих пальцах потеряшку! Словно жетон ФБР, но это не имело такого уж значения. Он здесь, пришёл в тот самый момент, когда Джентли собирался повторно уйти! Вот это да, ему такое могло бы только присниться.
Мисс Теветино, быстро сообразившая что к чему, ведёт не сопротивляющегося Патрика за приглядевшийся столик знакомиться с Дирком, Фара с Тоддом, подошедшие только что, тоже прифигевшие от происходящего, подсели к ним. А сам Дирк словно потерял дар речи и просто слушал как разговаривает с его друзьями мистер Спринг, оказавшийся вдруг достаточно разговорчивым. Как он шутит, рассказывая им какие-то ситуации о себе и модельном бизнесе, слегка погружаясь в разработки, коими занимался сейчас. И поглядывает на самого Джентли, что не осталось им незамеченным.
Не веря в реальность происходящего, Дирк моргнул, закрыл глаза, протёр их несколько раз со всей силы. Сейчас, стоит просто открыть глаза… Нет, ему действительно не мерещится, понимает Дирк, пялясь на сидящего напротив мужчину, Патрик настолько же реален, как зал кафе и друзья.
И Патрика в самом деле волнует его самочувствие? Как у него голова, не кружится ли? Джентли, неловко улыбаясь уголком губ, спешит уверить мужчину, да и своих друзей, что с ним всё в порядке. Детектив лгать не хотел, но сказать правду? Лучше не надо.
Знаменитость, бывшая моделью несколько лет назад, чьи фото коллекционировали не только девушки, но и, чего стыдиться, и юноши, известная сейчас своей благотворительностью, участием в клипе не менее известной рок-группы, занимающаяся электричеством и электроприборами, сейчас находится здесь, общается с ним и остальными. Спринг заинтересованно смотрит на него, улыбается ему, придумывает шутки, чтобы в первую очередь улыбнулся именно Дирк и… Их свела вместе маленькая дощечка с Дэдпулом на булавке? Кому скажешь — не поверят и ответят что ты всё выдумываешь!
Фара с Тиной, поняв что их друг наконец-то может нормально говорить, поспешили уйти за свой стол. Тодд нехотя, стараясь не подавать виду, что ревнует Дирка к Патрику, пошёл за ними.
Фара с Тиной были довольны тем что их идея настолько хорошо реализовалась, и лишь Тодд злился, глядя на идиллию за столиком неподалёку, мысленно костеря Патрика последними словами, посмевшего заинтересовать Дирка собою.
Патрик шутит, говорит что-то, жестикулируя и улыбаясь, а сам Дирк смеётся в ответ? А сейчас… сейчас Патрик вообще целует Дирка в губы и тот отвечает?! Это было чувственно, даже Фара с Тиной не удержались и ляпнули что, мол, из них получается шикарная пара. Дирк вообще выглядит в объятиях Патрика как недостижимая для Тодда мечта, и это сильно бьёт по самооценке. И заставляет ещё сильнее невзлюбить “опоздуна”, выскочку из другого социального слоя.
Мистеру Спрингу захотелось отомстить, разрушить его планы на Дирка, сделать так, чтобы эта пара ни при каких условиях не была вместе. А так как Тодд был одним из организаторов, у него была возможность и были все полномочия запретить в дальнейшем Дирку встречаться со своей “мечтой”. Как тогда казалось Тодду.
Тодд дождался окончания “веселья”, ухода Патрика из-за звонка дочери и, улучив момент когда друзей не было поблизости, вынул из папки для анкет анкету Патрика. И, мстительно ухмыляясь, порвал её, спрятав то что осталось у себя в рюкзаке. А сам сказал огорчённому Дирку, пришедшему из туалета, что Патрик вернулся, говоря что передумал, не хочет ни с кем встречаться и анкету забрал с собой. Дирк поверил Тодду, как он мог не поверить лучшему другу? Сама вселенная, которая могла бы подсказать правда это или ложь, нарочно игнорировала его.
Они так и не успели ни телефонами обменяться, ни никнеймами в соцсетях, но теперь в этом не было абсолютно никакого смысла. Патрик ушёл, унося с собой то, что успело загореться, но потухло у Дирка внутри.
***
— Мона, ты точно уверена, что в предложении Тодда отметить Рождество втроём, без остальных, есть что-то не то? — спросил Дирк, когда Тодд вышел из зала что-то дальше готовить на кухне. Его и самого удивляло что нет никого из их друзей на празднике, ведь у них многолетняя традиция собираться если не на Новый год, так хотя бы на Рождество. — И я хотел бы позвонить друзьям и пригласить их, но мы обещали Тодду, так что…
— В этом и есть весь смысл, Дирк! — слегка повысив голос ответила Мона. — Он хочет побыть с тобой наедине, он на меня толком не рассчитывает. Я ведь могу быть столом, стулом, шкафом, кем угодно, ему нужен ты! Он явно что-то испытывает к тебе и он очень был недоволен твоим свиданием в кафе с Патриком! Он мог бы что-то подстроить и поэтому вы не вместе! Это же очевидно! — добавила Мона, жестикулируя, не сводя глаз с ошарашенного Дирка. До которого только что начала доходить вся ситуация. — Или ты думаешь, что человек, который получил звонок от дочери, поговорил с ней и быстренько смотался, будет в действительности идти назад и забирать свою анкету? Это звучит абсурдно!
— Значит, получается, Тодд мне соврал… — уныло заметил Дирк и схватился за голову. — А я, дурак, ему поверил, хотя я мог бы прекрасно спросить телефон Патрика у Фары и спокойно позвонить ему! Но теперь-то что, прошёл уже год и даже больше, сейчас 25 декабря и он наверняка празднует Рождество с другим человеком.
Дирк встал и подошёл к окну, глядя на едва различимый снегопад. Темно, мрачно за окном, прямо как в его душе. Опять он опоздал, не будет у него никакого счастья. Или…
— Ты можешь ему написать. Спроси у Фары где он есть и всё. Просто узнай правду, тебе же легче будет, Дирк!
Подошедшая Мона положила руку ему на плечо и Дирк готов был прямо сейчас написать Фаре сообщение с просьбой прислать хотя бы заветный номер, как вдруг “вовремя” их позвал Тодд с кухни кушать. Пришлось отложить свою идею на потом — Дирк не собирался дёргать Фару при нём, чтобы поговорить со Спрингом. Это было очень личным, могло бы наверняка задеть Тодда, значит надо найти время и всё-таки поговорить.
Но Тодд будто подслушал о чём они общались, поскольку весь вечер празднования не спускал с Дирка глаз и старался давать ему комплименты. Мона в тот момент была как галстук на детективе и почти всё время переливалась оттенками красного, но Тодд не давал Дирку возможности понять почему галстук так мигает, он постоянно придумывал новые шутки, доливал своему другу шампанское в бокал и сам тоже пил. И, кажется, даже больше чем Дирк, так как его язык стал потихонечку заплетаться, а движения были более дёрганными. А последний бокал Тодд так и вовсе случайно разбил и понёсся, насколько это было возможно, мимо недоумевающего Дирка за совком и веником. Да-а, таким Дирк Тодда ещё не видел.
Моне это ещё больше не понравилось, она окончательно изменила цвет галстука на красный, Дирк это заметил и встал, чтобы выйти из кухни. Но Тодд, пришедший на кухню, был быстрее, он преградил Дирку путь и, обняв его, решительно поцеловал в губы.
Для Моны с Дирком произошедшее было шоком. Но Дирк, очнувшись, отодвинул от себя начавшего трезветь (в ужасе от собственных действий) Тодда и умчался в свою комнату, едва не улетев через порог, и закрылся на шпингалет. Сердце бешено колотилось и голова шла кругом. Это что, блять, такое сейчас было?!
Сам же Тодд в отчаянии хлопнул себя по лбу и сел на пол, покачиваясь в такт невесёлым мыслям. Ох, дурак, какой же он дурак, как он сразу не понял? Зачем он вообще его поцеловал?! Дирк не испытывает к Тодду абсолютно ничего кроме дружеских чувств, а ты его поцеловал! Ещё и обманул после свидания с Патриком! Если Дирк после произошедшего не захочет с ним видеться — он будет абсолютно, чертовски прав.
Друзья в подавляющем большинстве случаев не встречаются, не хотят друг друга, они просто помогают и не портят личную жизнь. А что сделал Тодд своим проступком? Как ему совесть позволит позвонить человеку, которому он так нагадил от желания держать Джентли при себе? И всё же стоит извиниться за своё поведение, что-то исправить, если не сейчас, так чуть позже, потому что ну нельзя же постоянно вести себя как говно!
И Тодд, на ходу смахнув слёзы, побежал на второй этаж в комнату Дирка.
Дирк бегал по комнате, собирая вещи, хотя бы на сегодня, дальше будет видно, Мона же сидела на своей кровати и, потупив взгляд, теребила край своей пижамной рубашки. Скажи она свои подозрения раньше — ничего бы не было! И что теперь? Дирк поедет с ней в офис отмечать Рождество в испорченном настроении, а дружба между Тоддом и Дирком, кажется, окончилась?
Или нет? Трудно сказать в данный момент. Дирк расстроенный, Тодд, скорее всего, сейчас переживает за случившееся и считает себя форменным мерзавцем. Что-то надо сделать чтобы им помочь, чтобы друзья не рассорились окончательно, и Мона уже стала раздумывать над дальнейшими действиями, но тут в дверь постучали. Тодд. Дирк притормозил со складыванием вещей и посмотрел на дверь.
— Простите меня, Дирк, Мона, простите такого идиота, я должен был подумать что я делаю! — всхлипнул за дверью Тодд. — Дайте мне шанс, я готов всё исправить, лишь бы дружить с вами! Пожалуйста, дайте мне шанс!
Дирк с Моной переглянулись. Мона улыбнулась и пожала плечами, мол, выбор за тобой, он сильнее тебя задел, а Дирк, пригладив слегка спутанные пряди, задумался. Да, хорошо, Тодд его поцеловал, Тодд его обманул, Тодд влюблён в него и сделал всё, лишь бы Дирк не был вместе с Патриком. План сработал? Не полностью, всё равно всё можно исправить! Поговорить с Патриком, вдруг он всё ещё испытывает к нему чувства. И Тодд явно раскаивается в случившемся!
Кажется, всё же надо дать Бротцману шанс.
Так что Дирк снова посмотрел на Мону, взвесил все “за”и “против” своего решения, подошёл к двери и открыл её. М-да, Тодд Бротцман действительно выглядел как человек, осознавший провинность, особенно об этом говорили взъерошенные волосы, неряшливый вид и заплаканные глаза. И он абсолютно не ожидал того что Дирк, не мешкая, быстренько заключит его в крепкие объятия.
— Я прощаю тебя, Тодд, даю тебе шанс, — сказал Дирк, отстраняясь. — Но всё же, извини, мы с Моной сейчас уйдём, — и Дирк кивнув в сторону ставшей браслетом Моны. Тодд еле увидел её на кровати. — Нам надо прийти в себя от случившегося, да, Мона?
Браслет мигнул зелёным. Хорошо, что он не заговорил, думал Тодд, пока Дирк застёгивал браслет на своём запястье, ему хватило того раза с говорящим ножом, здоровающимся с ним, он чуть палец себе не оттяпал. Но стоп, сегодня же Рождество, на чём они будут добираться?
— Но погоди, Дирк, сегодня Рождество, автобусы у нас и так ходят не очень, а сейчас тем более, как ты доедешь, по двойному тарифу в такси? — спросил Тодд у повернувшегося спиной Дирка и зашёл внутрь комнаты, чтобы помочь собрать вещи. Да, не очень хорошо что друзья хотят уйти, но лучше так, чем остаться без них из-за собственной глупости. — Могу ли я тебе чем-то помочь?
Дирк, наконец-то найдя свои рождественские носки, с трудом запихнул их в и так забитый рюкзак и, не раздумывая, ответил:
— Если я не успею на автобус — звони Патрику.
— Но…
— Извини, но это уже твоя забота как добыть его номер, хорошо? Ты ведь всё-таки… ладно, проехали. Ты согласен, сможешь, если что, мне таким образом помочь?
Тодд кивнул соглашаясь. Закрыв за друзьями дверь, он сел за стол на кухне и, попивая чай, написал Фаре. Признался во всём. Конечно Фара была недовольна (а Тина тем более) что Тодд так неосмотрительно поступил с Дирком, но заветный номерок Патрика Бротцман всё же получил. И тут же позвонил. Если уж загладить вину — так сразу, даже если тебе больно от того что Дирк не может быть твоим. Это не значит что надо портить дорогому тебе человеку жизнь.
Ответили не сразу. Тодд стал было думать что или номером ошибся, или с ним разговаривать не хотят, но тут взяли трубку и слегка уставший мужской голос сказал:
— Алло? Кто это?
— Патрик Спринг, это я, Тодд Бротцман, мне ваш номер Фара дала. Я звоню…
— Я знаю зачем вы звоните, Фара мне передала, — перебил его Патрик, а где-то вдали послышался звон разбитой ёлочной игрушки. Патрик вздохнул и очевидно отложил куда-то свой телефон, потому что Тодд приглушённо, но достаточно отчётливо из-за громкой связи слышал о чём говорили отец с дочерью.
— Лидия, я говорил тебе что повешу игрушку наверх сам, ты уже четвёртую игрушку разбила!
— Я уберу, пап, сама сейчас всё уберу! Но я же достаю до этой ветки, я просто хочу помочь!
— Тогда бери стул или скамейку, чтобы повесить.
— Но пап, это же не очень удобно, ветка ненамного выше моей головы…
Дальше Тодд не стал слушать и положил телефон на стол, захотев выпить чаёк. Интересно, это родная дочь Патрика или приёмная? Сколько ей лет, где её мама, умерла или они развелись? Похоже, что первое, Патрик говорил об этом в одном из интервью, которое довелось Бротцману прочитать. Для Патрика это было трагедией, он практически ушёл из модельного бизнеса, ему диагностировали депрессию, и если бы не Фара да малюсенькая Лидия неизвестно, что было бы с ним.
Тодд потёр переносицу, допил чай, поставил чашку в раковину и сел обратно за стол. А он ещё думал о Патрике невесть что, тупица, неужели так тяжело было ещё до “свидания” прочитать интервью с ним, не только жёлтую газетенку, где скорее копались в белье “завидного холостяка” да считали его деньги, нежели показывали его просто человеком? Ну да, так проще, он ведь богач, живёт в фамильном особняке, и плевать тогда на его чувства!
— Алло, Тодд, вы ещё на связи? — донёсся голос Патрика и Тодд от неожиданности едва не спихнул телефон на пол. Он совсем забыл что сейчас разговаривает с Патриком!
— Да, Патрик, я на связи. Вы что-то хотели мне сказать?
— Да. Я знаю, где находится остановка, я сейчас приеду и заберу Дирка. И повезу его туда, куда он захочет. И я настоятельно советую больше с ним так не поступать.
Тодд хотел было что-то добавить, но трубку положили. Ладно. Самое главное чтобы Дирк не замёрз и смог отлично отпраздновать Рождество. Он это заслужил.
***
Патрик ехал по заснеженному Сиэтлу, слегка удивляясь тому что Рождество всё же обрадовало снегом и санки пригодятся так скоро. И размышлял, слушая радио, смотря периодически на навигатор, чтобы ненароком не пропустить нужный поворот. Дирк до сих пор испытывает к нему чувства? Прошло же больше года! Патрик мог бы спросить Фару, мог бы догадаться сам почему Дирк ему не перезвонил, не написал, но он просто предпочёл зациклиться на работе, дочери, на развитии способностей Фары в деле охраны и… забыл.
Порой он, чего врать, вспоминал о Дирке с его милым лицом и улыбкой, смотрел на их слегка смазанное селфи, думал над тем, чтобы сказать Фаре, самому найти понравившегося парня, но всё никак не доходили руки. Не было подходящего момента. Были сомнения, что самому Дирку это надо, так как тот тоже не напоминает о себе. Но теперь он едет за ним, едва не врезавшись на повороте во встречную машину. Как он отреагирует, будет ли рад? Сейчас Патрик и узнает.
Дирк только что понуро проводил уносящийся последний автобус. Тот даже не стал его ждать, приехал пустой и уехал, Дирк не сумел до него добежать! Мона утешающе мигнула на его руке, когда Дирк поправил чуть съехавшую шапку. Как нарочно, сейчас праздник, поздний вечер, на улице никого и в кармане не густо, как ему теперь доехать? Идти пешком к Тодду? Этого Дирк не очень и хотел, Тодд, скорее всего, сейчас спит, устав от пережитого. Вызывать такси и расплачиваться чем, если в кармане лишь 50 долларов, а кошелёк он в офисе оставил? Не собой же… дурацкая, конечно, у него сейчас возникла мысль.
Дирк, замерзая, хотел было вызывать такси, как вдруг он увидел приближающийся к нему автомобиль, чёрную тойоту. Дирк сглотнул и сделал шаг назад, приготовившись если что бежать, но тут тойота тормознула у его ног, водительское стекло опустилось и Дирк, глазам своим не веря, понял что видит перед собой Патрика!
— Дирк, быстрее садись в машину, замёрзнешь же! И я отвезу тебя туда, куда тебе надо.
Конечно же мужчина согласился, с радостью сел в машину, пристегнулся, снял с себя варежки и спрятал их в карман жёлтого пуховика. И лишь потом он понял, когда Патрик проехал очередной поворот и притормозил в ожидании, что забыл сказать маршрут.
— Можешь к себе отвезти? Сейчас Рождество, мы хотели в офис… ну, я и Мона, но там будет тоскливо, — ответил Дирк, поправляя свой браслет на руке.
Патрик хотел было спросить кто такая Мона и почему браслет неожиданно сменил цвет с жёлтого на зелёный, но тут Мона, подчиняясь воле вселенной, обратилась из браслета в корги, чем и вовсе подвергла бедного Патрика в шок.
— Дерьмо! Дирк, что происходит, откуда здесь собака? И где браслет на твоей руке? Я ничего не могу понять!
Дирк, погладив Мону по гладкой шёрстке, виновато улыбнулся потрясённому мужчине и, когда корги снова стал браслетом, принялся довольно сбивчиво объясняться, мол у них есть способности, Дирк, к примеру, холистический детектив, а Мона, его сестра, холистическая актриса и "может играть любую роль, хоть собаки, хоть старого пакистанца, хоть медведя". Патрик, конечно, не мог поверить сразу тому что видел и слышал, но, покопавшись в памяти, он таки вспомнил, что ему в их прошлую встречу рассказал Дирк. И глубоко задышал для успокоения, поражаясь тому что он, человек науки, сидит в автомобиле вместе парнем-холистиком и его сестрой-оборотнем. Что у него, походу, всё-таки появились отношения, спустя столько лет, чёрт!
— Привет, Мона, я рад тебя видеть. Извини если я тебя задел, нечасто ведь люди видят… подобное. Ты не будешь против если мы сейчас поедем ко мне?
Браслет глубокомысленно остался нем, лишь мигнул зелёным, и Патрик, наконец-то поехав, улучил момент пока не было рядом автомобилей, чтобы дотронуться до Дирка и пригладить его волосы. Мягкие и шелковистые, интересно. Патрик ожидал любую реакцию, но не звука, похожего на мурчание. Дирку это нравится, нравится когда прикасаются к волосам. Надо запомнить.
Автомобиль неспешно ехал по улицам неспящего Сиэтла, давая возможность поглядеть на него. Наряженные люди снуют туда-сюда, несмотря на поздний час, где-то вдалеке грохочут салюты, дома с иллюминацией, деревья — это было красиво.
Дирк не отрываясь смотрел по сторонам, иногда успевая фоткать на телефон что-нибудь на память, и с нетерпением ожидал приезда к Патрику. Представляя себе большой трёхэтажный старый, но качественно отреставрированный дом, гнёздышко семьи Спринг. Наверняка в зале на первом этаже стоит большущая ель из ёлочной фермы, которую наряжали всей семьёй. Интересно, сможет ли Дирк быть её частью? Быть рядом с таким мужчиной? Дирк в очередной раз посмотрел на Патрика и отвернулся, слегка покраснев, когда тот взглянул на него и улыбнулся. Патрик нечто такое, непостижимое, звезда, вдовец, занимается благотворительностью, а что Дирк такое для него, кто он сам? Просто детектив со способностями, которые ему не помогают, а даже порой вредят? Который почти всегда находится в опасности и может нечаянно навредить близким людям? Это вряд ли можно Патрику предложить.
— Приехали, — донёсся до сознания голос Патрика, заставляя выныривать из грустных мыслей. — Добро пожаловать ко мне домой. И кстати, — он подмигнул, вышел из машины и подал руку Дирку, помогая выбраться, — вас под ёлкой ожидают подарки.
— Да как же, мы… — недоумённо пробормотал Дирк, еле успевая отстегнуть браслет, чтобы Мона сумела нормально стать человеком. — Ты на всякий случай купил два лишних подарка?
— Я запасливый, — бросил Патрик, открывая дверь с висящим на ней венком из омелы и пропуская гостей внутрь. — Лучше накупить кучу подарков, чем потом ломать голову думая куда бежать за ними, верно? И кстати: вы любите смотреть фильмы? Я открою секрет: в твоём подарке, Дирк, есть два двд-диска с двумя ужасно интересными фильмами. Они называются…
— “Скотт Пилигрим против всех” и “Джентльмены” Гая Ричи! Патрик, как ты это запомнил? — ответил ошарашенно Дирк, уставившись на Патрика.
Тот вздёрнул брови, весело улыбнулся и, протягивая гостям тапочки, сам стал переодеваться, говоря задержавшимся домочадцам, что надо встречать гостей.
На зов пришли Лидия, Фара, держа Тину за руку и какая-то женщина, представившаяся Амелией, по-видимому, экономка. Лидия повисла на папе, радуясь его приходу, Фара с Тиной тоже поспешили их обнять, и Дирк застыл с шапкой в руке, не в силах перестать смотреть на них. Да, убранство дома превзошло все его ожидания, пускай он видел в данный момент лишь холл, но Патрик, держащий на руках смеющуюся дочурку и целующий её в щёку, выглядел так уютно, по-домашнему…
— Пап, тут омела висит, — хихикнула девочка и Дирк, смотря то на Мону, уже успевшую повесить своё пальто и обуться в предложенные тапочки, то на Патрика, то на еле сдерживающих смех женщин позади него, почувствовал что у него алеют щёки и слегка кружится голова. Неужели они…
— Хорошо, Лидия, сейчас.
Патрик поставил дочку на место, та, подпрыгнув, побежала в зал, к ещё неоткрытым подаркам под ёлкой, да проверить что на камине в носок положил Санта-Клаус. Постепенно, к небольшому ужасу и одновременно радости Дирка, их оставили одних.
Сейчас мужчина, кусая губу, нервно сжимая в руках несчастную шапку, ждал. Каким образом Патрик угадал какие фильмы любит Дирк? Спросил у Фары или вспомнил что они говорили на той ещё встрече? Нет, стоп, интересно другое. Омела висит специально, для них? Не могли же омелу повесить просто так, в знак традиции, прямо на двери?
— Патрик, я… — сказал Дирк, переминаясь с ноги на ногу. Немного боясь, и хотя того что может произойти дальше.
Конечно, Патрик всё понял.
— Дирк, я здесь. Всё в порядке. Я не сделаю того, чего ты не хочешь, — уверенно и в то же время достаточно мягко произнёл он, приблизился к Дирку и обнял.
Дирк закрыл глаза, чувствуя себя комфортно и защищённо в объятиях мужчины. Это давало ощущение теплоты, безопасности и, наверное, дома? Хотелось и дальше стоять с ним вот так, в обнимку, но наличие кое-чего висящего зелёного с красным бантом не давало Дирку покоя. И смущало, но не попросить поцелуя Дирк не мог.
—Патрик, прошу тебя, поцелуй меня, — проговорил Дирк, дотронувшись до гладко выбритой щеки Патрика, радуясь возможности быть настолько ближе к человеку из своих грёз. Но игнорировать запах холла Джентли больше не мог и, чихнув, к счастью не на Патрика, Дирк виновато взглянул на него и потупил взгляд от стыда.
Дурацкий запах, дурацкая аллергия на резкие запахи хрен знает чего, почему нельзя было чихнуть в другой момент? Патрик, к счастью, всё понял и отвёл Дирка чуть подальше, наклонился к нему, провёл пальцами по мягким медным волосам, дотронулся легонько до щеки. И наконец поцеловал, да так, что у Дирка ноги стали будто ватными, пришлось его придержать и усадить на пуфик. Со стороны, возможно, выглядело происходящее как клише из ромкома, но Патрик, видя, как Дирк из-за обычного, казалось бы, поцелуя, едва не падает, был встревожен.
— Извини, Дирк, я, наверное, переборщил, я давно ни с кем не целовался, а ты такой… — Патрик вздохнул, не найдя нужное слово, но улыбнулся, увидев полные обожания и чуть ошалелые глаза Дирка. Значит, всё нормально и ему действительно понравилось, это замечательно.
— Хорошо. Раз всё в порядке, теперь мы можем пойти в зал?
Дирк кивнул и, конечно, последовал за Патриком. Придя в зал, он был удивлён и обрадован его убранству с большущей пушистой наряженной ёлкой и висящими гирляндами разных форм везде, где только можно. Ведь для Джентли подобное было всё равно в новинку и он застыл, оглядывая всё помещение с открытым ртом. Но, к счастью, Дирка быстро усадили за заставленный едой стол рядом с Патриком и Лидией, и ему было весело! Плюс порадовал подарок — диск с любимыми фильмами. Даже если Дирк, благодаря вселенной заранее знал что за фильмы ему подарят, но главное не подарок, а внимание и участие.
— Ну, что же, с Рождеством! И пускай счастье не покидает нас! — сказала Фара тост, чокаясь бокалом шампанского со всеми и усмехаясь новоиспечённой парочке.
Конечно же её слова встретили аплодисментами, Дирк, отвлёкшись от салата, выслушал поздравления со смущённой улыбкой. Патрик же, видя реакцию своего теперь уже партнёра, приобнял его, успокаивая, шепча на ухо что-то приятное, и чуть погодя наложил всем в тарелки главное блюдо рождественского стола — утку с яблоками.
Вот таким образом, немного с помощью омелы, Дирк наконец обрёл любовь и семью.