Work Text:
Ник Фьюри был начальником от бога. Правда, иногда подчиненным казалось, что богом этим был полоумный Локи.
Когда двум суперагентам приказывают стибрить с великосветского приема великого инженера - это дело ясное и как задание проще простого. Когда суперагенту и рыжей бестии с четвертым размером таланта соблазнения приказывают увести ловеласа всея планеты, это тоже где-то объяснимо. Когда снайперу от бога (и попробуй намекнуть, что всё от того же — неделю будешь выковыривать из задницы занозы от стрел) приказывают вовремя вырубить дротиком и утащить из его собственного дома миллиардера-филантропа, это тоже может соответствовать интересам народа Соединенных Штатов Америки и его же безопасности. Но, блядь, когда бывший/нынешний воскресший начальник приказывает Черной Вдове и Соколиному глазу спиздить Тони Старка с его собственного дня рождения в этой самой башне, где собственно и живут два суперагента, это уже... Это уже нечто, описанное Наташей коротким и емким "ebany pizdets". На такой же короткий вопрос "na khuya?" немного ударившийся при воскрешении Ник ответил: — «Надо. Вопрос жизни и смерти Старка».
Неразлучная после когнитивной рекалибровки парочка дружно почесала головы и задницы, примерно представляя, на какое именно место найдут себе приключения с этими фьюриными заскоками. Потому как почти тысяча высокопоставленных кошельков на ножках, изображающих из себя близких друзей миллиардера, а так же супергерои, изображающие из себя приличных людей, вряд ли переживут хоть минуту без выходок Старка, по которым можно определить, что он, родименький, вот прямо тут и никто его еще не украл.
Ну ладно, на Стива всегда можно натравить парочку озабоченных красоток. Сначала он засмущается, а затем начнет выносить мозг бедным девушкам, которым Наташа совершенно случайно проговорится о богатырской силе и выдержке секс-символа всея Америки, рассказами о своей якобы эпичной дружбе с печальным енотиком. Который, кстати, тоже как-то так внезапно окажется неподалеку. Чисто мимо шел. И все тот же подслушанный разговор с восхвалениями модифицированных достоинств Капитана ну совсем ни при чем.
А ради Бэннера Клинт напряжет старые цирковые связи и добудет йогов, которым доктор черт-знает-скольких-наук в какой-то момент скажет: — «Хуйня! Ща покажу как надо». И вот через час все пятеро уже дружно будут заседать прямо под сценой вверх пятками, пока на паркете пышнотелых красоток прямиком с бразильского карнавала сменяет известная рок-группа с писклявым гроулом. И под конец третьей песни, разумеется, кто-то расхреначит гитару о голову индийского брахмана, после чего он продемонстрирует музыкантам несколько ассан, расплестись из которым рокерам помогут только через пять часов в лучшей клинике, посредством хорошего слабительного, от которого даже коматозники бегут в уборную.
Талантливой и крайне сговорчивой Вдове понадобилось несколько звонков и выкупить весь бизнес класс самолета Эдинбург-Нью-Йорк. Для того, чтобы лететь в одном салоне с парочкой борцов-тяжеловесов в юбках и на километр разящих пивом, надо быть экстремалом. А еще надо быть Тором, чтобы потягаться с этими горячими парнями в кидании бревна на дальность. Обидевшись на «муж женовидный» в адрес своих килтов и небритых ног, эти смогут стать достойными противниками увлекшемуся богу. А то, что бревен в башне Мстителей отродясь не было, эту троицу не остановило. Есть же Роуди в железном костюме, которого не только удобно метать, но который еще и сам возвращается. Мнение полковника Джеймса Роудса — вообще никого не интересует. Тут попробуй поспорь — вслед за тобой, аки бумеранг, метнется молот.
Сложнее всего было убрать Пеппер. Точнее, это было фактически нереально, но на любую нереальность есть неплохо подкаченная задница Бартона, скучающие девочки в кадрах и невероятным образом проставленные отпускные дни в табеле исполнительного директора Старк Индастриз. Приказ об отпуске вкупе с билетом до Мальдивских островов воплотили нескромные мечты в реальность. И может быть самую умную и достойную женщину в окружении объекта и насторожило бы такое чудо, но к чуду прилагалась небольшая наклейка на телефон, блокирующая в нем все функции связи и программы кроме игры в змейку и плеера с джазовым плейлистом. Пеппер всегда умела правильно расставлять приоритеты.
Когда все излишне глазастые и хлопочущие помехи были убраны, агенты приступили к самой легкой, по их мнению, части. Стоило Наташе появиться на горизонте в своем супершпионском платье, намекнуть Старку, что в честь именин она совсем не против осмотреть его лабораторию, как блядские глаза Тони загорелись, пусть чувствительным местом, которое давно уже чесалось у Бартона, и чуял подвох. Но, маленький дротик, от якобы чихающего стрелка, и задние мысли превратились в строго передние, а мозг перетек вниз.
Агенты посмели вздохнуть с облегчением.
Как мы понимаем – зря!
Пока отважная Вдова пыталась на себе вытащить гения и миллиардера, весившего со всеми понтами как Железный Человек в полных доспехах, где-то в недрах толпы зашевелилась многоголовая змея, имеющая лишь косвенное отношение к одноглазой. Темноволосый мужчина в строгом костюме, полночи наблюдавший за этим цирком по передвижению некой чересчур аппетитной и крепкой заднице, поджал губы в форме сердечка, прошипел под нос: — «Дилетанты!» — и направился в сторону, где уже скрылась Наташа со своей пускающей слюни ношей.
В это время в многочисленных коридорах башни, созданной Тони по принципу — «давайте поиграем в Форт Боярд» и где-то по заветам НУИНУ, здоровенные шкафы с пуленепробиваемыми жилетами и мысленепробиваемыми лицами двинулись на шатающегося Старка и его телоносительницу. Притом, как-то не учтя того факта, что до этого хрупкая леди буквально на себе перла восемьдесят килограмм потравленного мужчины. За что и огребли дамской сумочкой, в которой кроме пудреницы явно умещались гантель на шесть кило и помада.
Натренированная в когнитивной рекалибровке рука не дрогнула, сумочка не подвела, не по моде острые мысы туфель вообще не знали пощады к мужскому достоинству и яйцам. Шатающийся Тони, кое-как прислоненный к стене, автоматически прикрыл свои ладошками и продолжил задорно похрапывать.
— Всё, — заявила рыжеволосая мегера, отбивающаяся от здорового мужчины, прицельно тыкая ему в глаз помадой, — в следующий раз богача соблазняешь и тащишь его по этим лабиринтам ты, Бартон! Всё равно Тони пофигу, на что пялиться: на мои сиськи или твою задницу.
— Ты в платье с таким декольте смотришься лучше. Меня оно полнит, — заявил Соколиный Глаз, за неимением сумочки и мужской солидарности справляясь с противником собственными руками, при одном взгляде на которые — даже закоренелые геторосексуалы начинали плакать горючими слезами по своей ориентации. Сам же Клинт добавил в ноосферу и всякий случай: — Тем более, что он не в моём вкусе.
— Ну да! — хмыкнула Наташа, обхватывая очередного мордоворота с эмблемой Гидры на запонках своими ногами, отчего бедному мужику захотелось тут же скончаться от счастья и ударившего в голову спермотоксикоза. — Миллионеры не в твоем вкусе, Стиви слишком правильный, Беннер слишком зеленый, Баки перебарщивает с мейкапом. А вон тот тебе как? — кивнула Вдова в сторону открывающихся дверей лифта. В коридор решительно ступило сто восемьдесят... — Романофф пригляделась и прибавила еще пяток сантиметров, — мужественности и секса.
Те из агентов Гидры, кто был еще в сознании, сильно попытались уползти подальше, или, во всяком случае, припомнить уроки ОБЖ и действия во время ядерного взрыва – лечь ногами в сторону приближающемуся коллапсу и прикрыть голову руками. Авось пронесет… тех, кого не пронесло раньше.
Сам же новоприбывший строгим вколачиващим-в-пол-не-в-том-смысле взглядом окинул происходящее: сладко похрапывающего Тони Старка, даже во сне треплющегося о шаурме; стратегически прикинувшихся невменяемыми оперативников, которых чуть позже еще отымеют в мозг всеми тентаклями Гидры; ну и парочку, стоящую спина к спине… точнее — жопа к жопе, и тут бы каждый поспорил, у кого она хватательней. Другими словами — картина вышла живописьненькой. И от мысли, что как раз ее ему и придется описывать в отчетах, у зеленоглазого наёмника заныли зубы мудрости и что-то засвербило сзади.
Вытащив из заднего кармана вибрирующий телефон, он жестом от которого на высокой ноте кончали даже старушки, приказал всем заткнуться, и даже продолжающий пускать слюни Старк притушил децибелы храпа.
— Купер слушает. Да, Дорогая? Во сколько? Куда? Зачем? Какой подарок? Твоей маме? Я сегодня занят. Да, операция. Да, неприятности. Да, отчеты. Вот прямо сейчас. Кровь-зубы по полу.
Назвавшийся Купер поднял невинно-умоляющий взгляд и состроил бровки домиком, устоять против чего было невозможно, и Бартон по доброте душевной и мужской солидарности, а так же совсем не дружественных побуждений, попинал ближайшего оперативника, добиваясь наиболее реалистичных звуков борьбы.
— Да, Дорогая, работаю не покладая рук. Последний контракт с вами и идите вы в задницу со своими запросами, я не нанимался с идиотами работать. Не операция, а сплошной цирк, причем клоуны — ваши бойцы, которые даже парочку мстителей завалить не могут, на собственных слюнях поскальзываются. Всё, отбой. Отчет будет с утра, агент Дарлинг. Извините, начальство, — пояснил Купер, убирая телефон и снова хмуря брови.
Бартон немного расслабился и закончил пинать объект похищения, которого заглядевшись на противника, перепутал с оперативником, уже успевшим отползти в сторонку.
— И какого хрена тут творится? — решил прояснить обстановку Купер, упирая руки в бока и демонстрируя фигуру из-под расстегнутого пиджака.
Подавив желание… и не только смущенно сказать что-то про плюшки (спасибо двум неделям в гипсе и Наташе с ее нежной любовью к родным мультикам), Клинт задвинул за себя Черную Вдову, не столько ради ее безопасности, сколько для того, чтобы обзор не загораживала.
Сам же Бартон с удовольствием оглядел длинные стройные ноги противника, широкие плечи, недовольно насупленное, но в чем-то слегка смазливое лицо с бессовестно развратным ртом и понял, что попал. Причем в десятку и с первой стрелы. Которая теперь явно торчит из чьей-то задницы, оценить которую хотелось неимоверно.
Наклонив голову к плечу, Бартон кинул на напарницу взгляд и ухмыльнулся до того блядски, что даже у дрыхнувшего Тони ни осталось никаких вопросов. И пока Наташа грузила на себя совсем размазанного в сопли и твердящего что-то типа: — «Я хочу это видеть», — Старка, агент Бартон, в узких кругах друзей и обширных залежах врагов за спиной называемый «Глаз на жопу натяну», походочкой от бедра двинулся в сторону насторожившегося противника.
Совсем противным Купер не был, скорее вреднющим по всем статьям, но тем самым местом почуял, что покушаются не только на выполнение задания, но и его честь, напрочь отсутствующую совесть и где-то даже девственность. Поэтому нахмурился еще сильнее, готовясь защищаться от всяких там супергероев.
В общем-то, Клинт готов был признать, что знакомство как-то не заладилось, хоть обстановочка вроде и романтическая. Особенно когда взаимная толкотня и пересчитывание ребер, плавно переходящее в лапанье и откровенную проверку друг друга на прочность, выкинула обоих из коридора в одну из пустующих комнат, с шикарным видом на ночной Манхеттен. Бартону тут же захотелось горящих свечей, и он даже попытался вспомнить, куда дел свои световые стрелы перед тем, как напялить костюм с бабочкой и потопать хепибездить Старка. Куперу захотелось послать Гидру туда, куда она отправила его, раз у них в контракте было всё, включая доплату за непредвиденные ситуации, типа нападения Халка во время операции и случайное обнаружение давно потерянных родственников и близких друзей, вдруг напяливших на себя супергеройские лосины. Но вот откровенных домогательств как-то вписано не было. Что, после Зимнего Солдата, было странно. Так что возя стрелка по стеклу, пытаясь одновременно и выбить лбом долбанутой птички окно, и не слишком притираться к шикарному заду, наёмнику Гидры даже пришло на ум, будто это новый коварный план свежевоскресшего Ника Фьюри — затрахать противника, причем в прямом смысле слова!
Пока Купер анализировал и думал не только тем местом, каким бы следовало, его отпихнули от окна и устроили задницей на каком-то столе, попутно стягивая с плеч пиджак и ловко обматывая им руки. На что он ответил прицельным ударом лба в переносицу, но… не рассчитал непробиваемости черепа Бартона, закаленного и калибровкой и «ой, прыгнуть с крыши — прыгнул, а стрелы закончились». Да и вообще…
Всё было списано на адреналин и явно забавляющегося Соколиного Глаза, всё время ухмыляющегося, аки падла. Ничего себе такая падла, надо признать. Сероглазая, со светлым чубом и такими руками, что их с себя даже как-то скидывать не хотелось. Да еще и такими тылами, вроде той же Наташи, Мстителей и собственной задницы, что «Халк хотеть». Так что в итоге непонятно кто в кого впился губами. Ну бывает, драка, все дела, горизонтальная поверхность, опа, оба без штанов, но Купер в галстуке, к которому сзади привязаны и без того замотанные в пиджак руки. Бартон — мастер шибари и профессионального обездвиживания врагов и партнеров по «ой, у вас тут что-то встало, я оближу». И не то чтобы почетный, не побоимся этого слова, член Гидры был против, он-то как раз весьма задорно вскидывал стройные бедра и устраивал длиннющие ноги на плечах снайпера.
А то, что опомнившиеся к концу веселья Мстители нашли их в весьма неприличной позе, так с кем не бывает. Все тут относительно люди и, раз живут в одной башне, не раз выкидывали особенно увлекшихся то с общей кухни, попутно сжигая обеденный стол нахрен, то выпинывая (или нет) чисто случайно заблудившихся товарищей из собственной постели. Всё бывает, да?
Особенно молчаливо и спокойно воспринял ситуацию, как ни удивительно, Капитан Америка. Только потупил голубые глазки, почему-то упираясь взглядом в ширинку кожаных штанов Баки, и пробубнил:
— Ну, в Гидре тоже люди. Их тоже хочется… вывести к свету, добру, чести и честности! Наш долг, как патриотов…
— Он у вас всегда такой дебил или только по праздникам? — весьма живописно приподнял бровь опять привязанный, на этот раз в одежде и к стулу, Купер.
Никто не ответил, и Стиви надулся.
— А ты кто будешь? — грохнул голосом уставший Тор, согласившийся с двумя шотландцами на ничью по метанию бревна и, после хорошо приложившийся к бару за дружбу и честную борьбу.
— Без костюма? — как последняя падла ухмыльнулся привязанный, шире расставляя те самые длинные ноги в узких черных брюках.
Бартон громко и за всех выматерился.
— Уильям Купер, наемник Гидры и вечная причина суицидов. В рядах Гидры – так же. Бывший ЦРУшник и вечная падла. Работает за большие деньги и вытрепанные нервы, — наябедничал Зимний Солдат, враз почувствовав себя не такой уж и белой вороной с подведенными глазами. Тем более, что хмурому типу, привязанному к стулу, подводка тоже весьма шла.
— Ну, не за великую же идею и отработку протезов с безвкусным граффити.
— И что нам теперь с ним делать? — озвучил общую мысль пребывающий еще в состоянии дзена Брюс Беннер.
— Отдать Бартону, и пусть тащит его в Будапешт, разумеется, — с мороза влетела в комнату Наташа.
Все, включая самого Соколиного глаза перевели взгляд на сложившего отвязанные и свободные руки на груди Купера, пристально так, и уже почти привычно хмуро, разглядывающего стрелка. Тот снова похабно усмехнулся. На уровне взглядов договор был одобрен и подписан.
***
Где-то высоко в воздухе, на Хеликарриере хитрожопо ухмылялся Ник Фьюри, довольно щуря единственный глаз и потирая руки. Перевербовка агента Купера прошла отлично. Руководитель Щ.И.Т.а давно хотел прикарманить чересчур вольного аналитика и наемного убийцу, квалифицирующегося в имитации самоубийств и случайных смертей, а тут такой повод! Правда, ну упс, кто же знал, что охмурением этого типа займется не Романофф, а Бартон, но это даже лучше, может хоть ненадолго Соколиный Глаз успокоится, перестав издеваться и стебать всех подряд.
***
Это был лучший день рождения Тони Старка!