Chapter Text
Сегодняшняя свадьба была очень веселой.
Сяо Чжаня оттеснили в угол банкетного зала. Рядом с ним постоянно раздавались щелчки затвора, нанятый фотограф делал снимки. Периодически фотограф подбирался к Сяо Чжаню вплотную, каждый раз повторяя: “Простите, подвиньтесь, пожалуйста”.
У потолка в центре зала зависли белые и лиловые воздушные шары, ленточки от них спускались вниз и струились в воздухе. Жених в изящном костюме с иголочки приосанился, надевая кольцо на пальчик своей невесте. Ее отец который только что подвел дочь к алтарю, стоял чуть в стороне, глаза у него покраснели, а рука, держащая микрофон, чуть подрагивала.
Фоном играла музыка, “Свадебный марш”, который, должно быть, прозвучал в этом банкетном зале отеля “Ритц-Карлтон” уже более сотни раз.
Сяо Чжань внезапно вспомнил тот день, когда возникла какая-то проблема с колонками, и музыка перестала играть в самый ответственный момент. После банкета во время оплаты счета администрации пришлось сделать скидку в две тысячи юаней. Невеста все равно осталась крайне недовольна и заявила, что ни за что больше не обратится в их отель.
Сегодня никаких накладок не было — Сяо Чжань успокоился на этот счет, только когда сам внимательно проверил колонки.
От всем давно знакомой фортепианной мелодии, звучащей в ярко освещенном зале, полном родных и друзей, у присутствующих на глаза обязательно наворачивались слезы.
И неважно, что свадьбы — это обыденное явление. Для двух людей, стоящих на возвышении, этот момент был бесценен.
— Ты готова взять меня в мужья?
— Да.
Эти фразы тоже были банальными, Сяо Чжань слышал их сотни раз. Самые разные мужчины и женщины, стоя на этом возвышении, повторяли одни и те же слова.
Его опять подпихнули в бок, вынуждая подвинуться, он шагнул в сторону, глядя, как девушка на возвышении вытирает слезы. Она прижималась к мужу, и ее рука, когда она подняла микрофон, слегка дрожала. Дрожал и ее голос, когда она произнесла:
— Я так счастлива сегодня, это самый счастливый день моей жизни. Я хочу, чтобы это счастье коснулось и моего двоюродного братишки.
Она посмотрела вниз с возвышения и продолжила:
— Он недавно вернулся из-за границы, и я надеюсь, что он тоже сможет найти человека, который будет с ним всю оставшуюся жизнь.
Раздались радостные возгласы, и на возвышение из толпы вытолкнули высокого стройного парня в черном костюме. У него была светлая, чистая кожа и хорошая фигура, но выглядел он сдержанным и не очень-то счастливым.
Он взял микрофон и произнес:
— Сестрица, зять, желаю вам всегда жить в согласии.
У Сяо Чжаня всегда было плохое зрение, а в последнее время оно, кажется, только ухудшилось. Он носил линзы по рецепту, который ему уже не подходил, но никак не мог сходить купить новые.
С этого расстояния человек на возвышении казался смутно знакомым. Кого только он напоминал?
— Как это похоже на нашего Ибо! Стесняшка! — невеста раскраснелась, заулыбалась и подтолкнула брата локтем.
Бокал вина в руке у Сяо Чжаня дрогнул. Услышав эти два слога, он сразу ощутил, как немеют пальцы.
— Красавчик, подвинемся? — фотограф снова переместился и добавил, ухмыльнувшись: — Этот ее кузен очень привлекательный.
Да.
Ван Ибо выглядел как будто плотнее. Он изменился по сравнению с тем, каким был в Америке, повзрослел и возмужал.
Центр возвышения освещался особенно ярко. Новобрачные обменялись еще несколькими шутками с младшим кузеном невесты, который недавно вернулся после учебы за границей, и ушли следом за своим водителем, отправившись на следующее запланированное мероприятие.
Сяо Чжаню внезапно стало не по себе, он поставил на столик свой бокал и решительным шагом вышел из банкетного зала. В холле он встретился с коллегой, который с улыбкой кивнул ему.
— Свадьбы в наши дни становятся все роскошнее, эта парочка только что уехала на феррари.
Сяо Чжань кивнул и промолчал. Он спустился на лифте до самого низа и направился к служебному входу в отель. Сняв бейджик, он вытащил из кармана пачку сигарет.
“Мальборо”, белые, с очень высоким содержанием никотина.
Сяо Чжаню вспомнилось, как его бывший бойфренд, с которым они расстались совсем недавно, как-то спросил его, что такого хорошего в курении?
Этому бывшему не нравился запах табака, по правде говоря, он его на дух не переносил. Самой веской причиной, по которой они так и не съехались, было то, что он крайне придирчиво относился к чистоте в доме и настаивал, чтобы Сяо Чжань бросил курить.
А Сяо Чжань всегда полагал, что для таких, как они, весь смысл отношений состоит в том, чтобы быть счастливыми и дарить друг другу тепло. Чем больше условий и претензий, тем меньше останется от первоначального счастья.
Но, честно сказать, Сяо Чжань тоже задавал этот же самый вопрос пять лет назад. Они тогда только-только закончили заниматься любовью, и лежали на кровати. Свесившись с края, его партнер зажег сигарету.
За окнами сиял и сверкал Манхэттен, упиваясь своей роскошью. Челка его партнера была влажной, он затянулся сигаретой, раз, потом другой. Сяо Чжань все еще тяжело дышал, его тело было местами липким, и он лежал на спине и смотрел в потолок. Слегка повернув голову (глаза блеснули в тусклом вечернем свете), он уставился на своего партнера и спросил его:
— Что такого хорошего в курении?
Тот поднял сигарету, вдохнул клуб дыма, повернулся к Сяо Чжаню лицом и поцеловал его. Его собственный вкус смешался со вкусом сигареты, едким и неприятным. Язык скользнул Сяо Чжаню в рот, как будто целью его партнера было наполнить его горечью без остатка.
Они целовались какое-то время, и Сяо Чжань снова начал возбуждаться, но когда его обмякший член стал медленно проявлять интерес к происходящему, его партнер отодвинулся и коротко ответил:
— Помогает справиться со скукой.
Все это время он держал зажженную сигарету в руке, свисавшей с кровати. Он дотянулся до пепельницы на ковре и затушил в ней окурок. Мелькнули искорки, но они не могли сравниться с яркими огнями Нью-Йорка за окном.
Сигареты этого сорта прогорали особенно быстро, так что Сяо Чжань докурил свою в мгновение ока.
Он поднял голову и посмотрел в небо. Судя по всему, собирался дождь; лето в этом городе всегда начиналось внезапно. Через город проносился тайфун, затем следовала неделя непрерывных ливней, а за ними на сцену врывалось лето, яростно и решительно.
— Курим, менеджер Сяо? — послышался из-за спины знакомый голос. Сяо Чжань обернулся и увидел своего коллегу, сяо Лю, который заведовал ресторанным обслуживанием. Это был бледный и полноватый человек; когда он улыбался, его небольшие глазки становились еще меньше.
— Мм, — кивнул Сяо Чжань. Коллега Лю поднял руку с сигаретой, Сяо Чжань подумал и решил отказаться.
Он нечасто курил на работе. Главным образом из-за беспокойства, что неприятный запах будет раздражать его некурящих клиентов.
Он уже поднял было руку, чтобы оттолкнуть сигарету, когда дверь снова открылась и из нее вышли двое.
На первом из них был серый костюм с галстуком-бабочкой. Шедший за ним был одет в белую рубашку и брюки, на шее у него был тонкий черный галстук.
Тот, что был в галстуке-бабочке, увидел сяо Лю и поздоровался. По-видимому, они уже встречались ранее. Второй посмотрел на Сяо Чжаня и выудил из кармана пачку сигарет.
“Мальборо”, белые, с очень высоким содержанием никотина.
Площадка, выделенная под курение, не отличалась большими размерами, и все четверо встали вокруг одной пепельницы на подставке.
— Благодарю, — рука Сяо Чжаня сменила траекторию и плавно подхватила сигарету, протянутую ему сяо Лю. Тот улыбнулся и помог Сяо Чжаню зажечь ее, а затем развернулся к мужчине в бабочке.
— Президент Ли, касательно банкета по случаю дня рождения в следующем месяце, когда у вас будет время, я могу помочь вам спланировать меню.
— Конечно.
— Это наш менеджер Сяо, он отвечает за проведение банкетов. Свадьбу вашей младшей сестры сегодня тоже организовывал он. Он лучший организатор праздничных мероприятий в компании “Мариотт Интернэшнл”, — сяо Лю произнес все это с улыбкой, показывая на Сяо Чжаня, стоящего в стороне.
— Здравствуйте, я Сяо Чжань.
— Добрый день, моя младшая сестра сегодня была очень довольна. Она несколько раз повторила, что у вас продуманы все детали. Вы приложили массу усилий к организации, — мужчина, которого сяо Лю назвал президентом Ли, оказался старшим братом сегодняшней невесты.
— Мы просто делали нашу работу, — вежливо улыбнулся Сяо Чжань. Его улыбка, предназначенная для общения с клиентами, была особенно эффективна в такого рода ситуациях.
— А кто это с вами? — сяо Лю любил поболтать. Человек, привыкший работать в сфере продаж, способен разговорить кого угодно. Так что не успел закончиться один разговор, а сяо Лю уже уставился на спутника президента Ли.
Который до этого момента не сказал ни слова и лишь молча курил свою сигарету.
— О, это мой младший кузен, сын моей тети, Ван Ибо. Он закончил учебу в Америке полгода назад и вернулся домой, — представил его президент Ли и пошутил: — Такой привлекательный молодой человек. Так много девушек без ума от него, тетя даже беспокоится из-за этого.
Ван Ибо еле заметно улыбнулся и счел, что такого приветствия вполне достаточно.
— В самом деле, очень привлекательный, — тут же подхватил сяо Лю.
Сяо Чжань промолчал. Сигарета в его руке дотлела почти до конца. Эти “Мальборо” действительно очень быстро заканчивались.
Сяо Чжань подошел к пепельнице, затушил в ней окурок и сказал сяо Лю:
— Я наверх.
Тот все еще обсуждал банкет с президентом Ли, пытаясь заполучить себе клиента, и Сяо Чжаню не хотелось здесь задерживаться. В груди было тесно и тяжело, скорее всего потому, что дождь никак не мог решить, начаться ему, или нет.
Конечно, причиной также мог быть тот, кто все это время молчал, стоя в стороне.
— А, да, давай, беги, — кивнул сяо Лю в ответ.
— Гэ, я тоже поднимусь, — Ван Ибо, до этого не проронивший ни слова, тоже затушил свой окурок; его “Мальборо” прогорали так же быстро. Он отвернулся и вошел в отель.
В вестибюле двое встали у лифта, один ближе к дверям, второй чуть поодаль.
“Ритц-Карлтон” открылся четыре года назад, и уже четвертый год Сяо Чжань работал здесь.
Сразу после окончания университета и возвращения из Америки он попробовал устроиться в “Мариотт Интернэшнл” и его взяли. Год Сяо Чжань проработал в другом отеле этой сети, а затем открылся “Ритц-Карлтон”, и компания перевела его сюда.
В вестибюле еще несколько человек кроме них ждали лифт. Стайка тетушек оживленно переговаривалась и улыбалась, они даже приветственно кивнули Сяо Чжаню и Ван Ибо, когда увидели их.
Сяо Чжань встал перед лифтом под номером два. Ему было не видно Ван Ибо, и хотя он чувствовал на себе тяжесть его взгляда, он не осмеливался повернуть голову и проверить.
Лифт приехал буквально через минуту. Из него высыпали отдыхающие, один из них был настолько пьян, что его шатало при ходьбе. Его поддерживали родственники, и все они чуть не налетели на Сяо Чжаня.
— Осторожней, дорогу, дорогу! — загомонили они, и с превеликим трудом наконец-то вывалились из лифта. Двери лифта дернулись закрыться, и Сяо Чжань уже был готов вызвать его снова, когда из-за его спины показалась рука и нажала на кнопку “вверх”.
— Айя, спасибо, молодой человек, — тетушки посмотрели в сторону Сяо Чжаня и улыбаясь вошли в кабину лифта, оставив его одного.
— Ты не идешь? — почти безэмоционально произнес низкий глубокий голос из-за спины Сяо Чжаня. Тот даже почувствовал его на коже, словно разгоряченное дыхание.
Сяо Чжань окаменел и вновь ощутил странное покалывание в кончиках пальцев. Благодаря длинным ногам, ему потребовался всего один шаг, чтобы торопливо войти в лифт. Он повернулся и встретился глазами с ним.
С такого расстояния Сяо Чжань мог разглядеть все.
Ван Ибо действительно сильно повзрослел. За те пять лет, что они не виделись, он полностью утратил юношескую угловатость. Теперь все его поведение говорило о зрелости.
Даже голос стал гораздо ниже.
Ван Ибо отвел взгляд до того, как это сделал Сяо Чжань. Он с нечитаемым выражением лица встал к противоположной стене лифта. Сяо Чжань по профессиональной привычке выбрал место у панели с кнопками номеров этажей.
Между ними двумя многочисленные тетушки шумно сравнивали своих снох.
Лифт остановился, и все тетушки вышли и обернулись, наперебой благодаря Ван Ибо. Сяо Чжань зажал кнопку, чтобы удерживать двери открытыми, терпеливо дождался, пока они все не закончат говорить, и потом отпустил ее.
Из двух рядов кнопок осталась гореть лишь одна, с цифрой “8”.
Как только они остались наедине, обстановка немедленно изменилась. Сяо Чжань немного сдвинулся вперед. Он по-прежнему чувствовал на себе пристальный взгляд, на сердце у него было неспокойно, а на душе все тревожней и тревожней.
Наконец, он собрался с духом и обернулся, увидев, что Ван Ибо стоит у противоположной стены, опустив голову и уткнувшись в телефон.
Вовсе он на него не смотрел.
Динь.
Двери разъехались в стороны, и Сяо Чжань зажал кнопку, чтобы удержать их открытыми. Ван Ибо вышел, не поднимая головы и по-прежнему уставившись в телефон, уголки его губ слегка приподнялись в намеке на улыбку.
По крайней мере, он не забыл сказать “спасибо”.
Сяо Чжань уронил руку и двери закрылись.
Медленно сдвигающиеся створки постепенно скрыли удаляющуюся по коридору фигуру с опущенной головой.
Сяо Чжань сделал глубокий вдох, чувствуя неясную тревогу. Ему снова захотелось курить. Он полез в карман, но пачка сигарет оказалась пустой. Этих “Мальборо” реально хватало ненадолго.
“Этих “Мальборо” реально хватает ненадолго, в следующий раз куплю какие-нибудь другие”, — кажется, эту фразу он тоже уже когда-то слышал.
Сяо Чжань прислонился к стенке лифта и погрузился в размышления, сам не зная, о чем.
Внезапно двери лифта опять открылись. Сяо Чжань вздрогнул, увидев, кто стоит на входе, и поспешно выпрямился. Ван Ибо успел переодеться в свой костюм и сейчас стоял перед лифтом, уставившись на Сяо Чжаня в крайнем изумлении.
— Ты что, так и не нажал на свой этаж? — Ван Ибо вошел в лифт и глянул на Сяо Чжаня.
Тот только сейчас осознал, что он несколько минут просто стоял в неподвижном лифте, забыв нажать на кнопку.
Ван Ибо, видя, что Сяо Чжань на него не реагирует, выбрал В2, затем вежливо спросил:
— Мне вниз, а тебе?
— Ты вернулся.
Сяо Чжань отозвался спустя несколько секунд, и не ответил на вопрос, а лишь произнес вежливую фразу, словно они были старыми приятелями, которые давно не виделись и случайно встретились вновь.
Теперь была очередь Ван Ибо повернуться лицом к дверям.
Он помолчал, не торопясь отвечать. Обернулся и очень внимательно посмотрел на Сяо Чжаня своими повзрослевшими глазами. На этот раз его взгляд Сяо Чжаню не привиделся.
— Да, вернулся, — вежливый ответ, демонстрирующий некую отчужденность между приятелями, которые не виделись много лет.
— О.
Лифты в “Ритц-Карлтоне” были очень быстрыми; они за считанные секунды спустились до гаража В2.
Двери лифта разъехались, Ван Ибо уже собрался выйти, но вдруг словно вспомнил о чем-то и остановился, в очередной раз зажав кнопку, держащую двери открытыми.
— “Мальборо” так быстро прогорают, почему ты до сих пор куришь именно их?
Затем он вышел и направился к своей машине. Двери лифта медленно закрылись.
Сяо Чжань ничего не ответил, молча глядя в спину уходящему. Его сердце не справлялось. Он не смог бы описать свои ощущения — ему не было больно, но и счастливым он себя определенно не чувствовал.
Он тяжело прислонился к стенке лифта, прислушиваясь к тому, как колотится в груди сердце, и чувствуя, что его мутит. Слишком много времени прошло с тех пор, как он оказывался во власти таких хаотичных, беспорядочных мыслей.
Прошло явно не более одной-двух минут, но они показались пыткой. Сяо Чжань вот уже пять лет как являлся уравновешенным и здравомыслящим взрослым человеком и давно забыл, каково ощущать такое.
Значит, вот о чем эта идиома о “вновь встретившихся старых друзьях”.
Не то чтобы за все эти годы Сяо Чжань не задумывался, как они с Ван Ибо могут снова встретиться. Но чаще всего ему не удавалось придумать подходящие обстоятельства. В самом худшем случае, который он себе представлял, они оба притворились бы, что не знают друг друга. В самом лучшем варианте развития событий они мирно и спокойно обменялись бы парой вежливых слов. Но так или иначе, он всегда представлял себе, что сможет сохранить самообладание.
Сегодня он определенно не смог.
“Почему ты не отвечаешь на мои звонки?”
“Я возвращаюсь в Китай, я был занят переездом.”
“Почему ты хочешь со мной порвать?”
…
“Сяо Чжань?”
Его самые глубокие воспоминания цеплялись за невидимый крючок и рвались вместе с плотью и кровью. Он не мог вспомнить какие-то важные события, зато мелочи, предшествующие их разрыву, отчетливо вставали перед глазами.
Сяо Чжань опустил голову и улыбнулся безо всякой видимой причины. Он вернулся в банкетный зал; половина гостей уже разъехалась, и в зале находились лишь несколько сотрудников, с усталыми улыбками провожавших остальных. Сяо Чжань встряхнулся, постарался отключить эмоции и подошел к ним.
Свадьба закончилась замечательно. Особенно все понравилось невесте, она даже втиснула в руку Сяо Чжаня красный конверт и попросила мужа добавить его вичат, говоря, что в будущем они смогут использовать этот отель для проведения мероприятий их компании.
Несмотря на отвлекающие мысли, Сяо Чжань оставался профессионалом, серьезно относящимся к работе. После того, как был оплачен счет, и он подарил клиентам памятный подарок от “Мариотт Интернэшнл”, он спустился в гараж, чтобы лично их проводить.
В течение всего дня он сохранял свой обычный невозмутимый вид. Он даже помог коллеге с организацией следующей свадьбы, а потом еще и проверил с ним место проведения.
Приехав вечером домой, он лег спать рано и заснул сразу же.
И ему приснился сон, длинный и очень приятный.
В этом сне ему опять было двадцать два, и Ван Ибо был рядом с ним.