Chapter Text
Уязвимость в подсценарии им показал, разумеется, Ким Докча.
«Отличный способ нафармить ресурсов», — невозмутимо объяснил он, ведя за собой Хан Суён и Ю Джунхёка. Оба знали его достаточно хорошо, чтобы безоговорочно довериться, но недостаточно, чтобы узнать тот характерный блеск в глазах, который обычно предваряет самые безумные планы. Они в то время только начали... даже не встречаться, а, как объяснила это Хан Суён, «совместно снимать напряжение». Ю Джунхёк и Ким Докча никак это не называли.
Вокруг них рушился мир. Они выживали как могли.
Докча провёл их к неприметной двери в одной из подворотен Сеула, которая находилась неподалёку от Индустриального комплекса. Полустёршаяся вывеска над ней гласила «Игровой бар». Дверь оказалась заперта, и Докча, недолго думая, выбил её пинком. Ю Джунхёк невозмутимо перешагнул обломки, а Хан Суён закатила глаза:
— Не пытайся строить из себя крутого, тебе не идет.
Помещение внутри оказалось небольшим локальным баром в подвале жилого дома. Сквозь единственное окно над потолком проникало немного света, позволяя разглядеть обстановку: вдоль стены стояло несколько столов, а стулья валялись обломками под ногами. Барная стойка была засыпана осколками и заляпана кровью.
— В следующий раз попрошу Ю Джунхёка, — фыркнул Докча, деловито оглядываясь. — Тогда тебя устроит?
— Не впутывайте меня в это, — мрачно сказал Ю Джунхёк. — За кого вы меня принимаете?
Он нашел выключатель и щелкнул тумблером. Пространство озарил тусклый свет последней уцелевшей лампочки.
— За самый унылый тип протагониста, — откликнулась Хан Суён, посасывая леденец. — Тебе самую капельку не хватает до Марти Стю.
Джунхёк недовольно дёрнул уголком рта — он ненавидел шутки про персонажей «Способов выживания». Докча вскинулся, ведомый рефлексом ещё с тех времён, когда кто-то кроме него читал его любимую веб-новеллу и имел наглость писать гадости в комментариях.
— С чего это он Марти? — возмутился Докча. — Допустим, он чёртова имба, особенно под конец сценариев, и слишком уж красивый, о чём автор пишет неоправданно часто — но на этом плюшки протагониста заканчиваются. Взять хотя бы мерзотный характер, тысячи неудач и депрессию регрессора, не говоря о том, что в некоторых регрессиях его буквально ненавидит весь мир. Это прямо противоположно определению Марти Стю, Хан Суён, ты как автор — хоть и паршивый плагиатчик — должна разбираться в таких вещах!
Докча замолчал, потихоньку осознавая, что время и место явно не подходящие.
— Ты продолжай, продолжай, я внимательно слушаю. — Хан Суён хрустнула леденцом и язвительно улыбнулась. Докча виновато взглянул на Ю Джунхёка.
— Спасибо большое, — сухо заметил тот. Докча подумал, что они, кажется, действительно дороги Ю Джунхёку, раз оба остались в живых после такого. — Вы закончили обсуждать меня? Ким Докча, что это за сценарий?
— А, — Докча подошёл к одному из старых игровых автоматов в углу и нажал на единственную кнопку. Мёртвый экран зажёгся, загружая хорошо знакомый интерфейс системы Стрима. — Это скрытый подсценарий с хорошей наградой.
Надись гласила:
СКРЫТЫЙ СЦЕНАРИЙ
[Хозяин комнаты]
Один из вошедших людей обретёт власть над остальными. Его команд нельзя ослушаться
Категория: Скрытый
Сложность: ???
Лимит времени: —
Награда: 1 000 000 монет, предмет SSS-класса
Наказание за провал: Утрата доверия между компаньонами
Примечание: Награда варьируется в зависимости от сложности
— То есть, надо просто слушаться кого-то из вас? — удивилась Хан Суён, подходя ближе. — И за это дают деньги и шмот? В чём подвох?
Докча торжествующе улыбнулся:
— В том и дело — ни в чём. Это читерский сценарий, надо хоть раз воспользоваться, пока его не убрали.
— Кто определяет сложность? — задал справедливый вопрос Ю Джунхёк.
Докча так и лучился самодовольством.
— Система.
— И почему это хорошо? — удивилась Хан Суён.
— Меньше садизма, — тут же понял Ю Джунхёк.
— Созвездия любят смотреть на страдания, — объяснил Докча. — Система же в штатном режиме запрограммирована оценивать действия по среднестатистическому шаблону. Для важных сценариев доккаёби вручную запускают более сложные расчеты, поэтому награды за некоторые задания требуют времени на обработку. Но этот сценарий…
— В такой дыре, что всем на него плевать, — быстро поняла Хан Суён. — Что конкретно ты предлагаешь?
— Есть разные способы добиться высокой награды при малых усилиях, — пожал плечами Докча. — Один из них — секс. Если люди переспят по согласию, Созвездия вряд ли сочтут это сложным. Но для Системы сексуальные утехи в этом сценарии переходят в разряд принуждения, и получают хороший буст сложности.
— То есть, ты предлагаешь потрахаться и при этом обдурить Стрим? — заухмылялась Хан Суён.
— Как вариант, — кивнул Докча.
— Кто будет командовать? — спросил Ю Джунхёк.
— То есть, всё остальное тебя устраивает? — удивился Докча. — Вообще, секс я привёл как пример. Есть другие обходные пути.
У них уже был опыт совместного… что бы это не было. Впервые они переспали из-за условий сценария, который приняли по дурости. Докча ни разу не видел его в «Способах выживания» или попросту забыл, Джунхёк за две регрессии с ним не сталкивался, а Хан Суён неоткуда было знать, что кроется за безобидным названием. Докча смутно ожидал, что в выборе «трахнись или умри» Ю Джунхёк выберет новую регрессию, и плевать на последствия, но тот неожиданно легко принял условия игры. Ещё Докча не сомневался, что компаньоны поднимут на смех его опыт — отсутствующий, — но оба оказались куда более заинтересованы в том, чтобы выполнить сценарий и получить удовольствие, а не насмехаться над чужой жизнью. Докча не ожидал подобного, особенно от Хан Суён.
Их второй раз случился уже по согласию, после тяжёлого дня, когда все трое были злы как сотни демонов и просто хотели разрядки. В конце они выпили по восстанавливающему здоровье зелью, за которое доккаёби содрали с Докчи безобразно много денег, и больше не заговаривали об этом.
Этот раз мог бы стать их третьим.
— Я с самого начала думал, что твой подсценарий — просто предлог, Ким Докча, — невозмутимо пожал плечами Джунхёк. У Докчи чуть не закоротило мозги: это что же, выходит, Ю Джунхёк так охотно пошел с ними, рассчитывая на…
Хан Суён прыснула. Она вытащила изо рта палочку от разгрызенного леденца и щелчком пальцев отбросила её в кучу мусора.
— Так что там с командиром? — напомнила она, весело разглядывая красное лицо Докчи.
— Командир выбирается случайным образом, — буркнул тот, смущённо отворачиваясь.
— И тебя самого это устроит? Что, если ты окажешься в нашей власти, а я заставлю тебя рассказать все твои грязные секреты? — Хан Суён со злой ухмылкой схватила Докчу за подбородок и развернула его лицо обратно к себе.
— Ты этого не сделаешь, — уверенно сказал Докча.
— Почему это? — оскорбилась Хан Суён.
Докча посмотрел на неё внимательно и улыбнулся своей безрадостной улыбкой.
— Потому что, — сказал он, — предательство доверия это проигрыш, Хан Суён.
Под этим неожиданно тёмным взглядом она, смешавшись, отпустила его и шагнула назад, скрестив руки на груди. Пробурчала, неловко меняя тему:
— Раз все согласны, идём?
Ю Джунхёк едва заметно кивнул. Докча повернулся к автомату и выбрал джойстиком троих участников. Как только он нажал "Принять", пространство вокруг них померкло. Появилось сообщение:
[Вы перенесены в зону подценария]
За ним вспыхнуло следующее:
[Определён хозяин комнаты]
Двое как по команде уставились на Хан Суён, над головой которой зажглась пиктограмма с короной.
— Хо-хо, — она широко усмехнулась и достала из кармана очередной леденец. — Кажется, пространством тоже командую я? Ну, поехали. Вытрахаем из ёбаного стрима всего его бабки.
Посреди комнаты вдруг вспыхнуло несколько ламп, висящих прямо в воздухе, и возник богато украшенный трон.
— Я начинаю сомневаться в этой идее, Ким Докча, — сказал Ю Джунхёк.
— Я тоже, — вздохнул Докча.
Отступать, впрочем, было поздно.
— Вам нечего бояться, — возвестила Хан Суён, гордо усаживаясь на трон. Она положила ногу на ногу и откинулась на спинку, довольная собой. — Я как гениальный автор опишу вам десятки самых лучших оргазмов.
— Я ошибся. Это была очень паршивая идея, — вздохнул Докча, косясь на огромную кровать, которая появилась рядом. Следом вокруг них вспышками возникли зеркала — множество зеркал, окруживших их комнату.
— Хан Суён, что это?!
— Чтоб лучше было видно, — невозмутимо ответила она, поправляя причёску. Переведя взгляд на своих компаньонов, весело подняла брови:
— Что, вы ещё одеты? Раздевайтесь, господа.
Докча ощутил едва уловимый толчок под лопаткой и со вздохом принялся выпутываться из рукавов плаща. В этом была прелесть и одновременно наказание сценария: никакая магия не принуждала их подчиняться, они должны были каждый раз делать выбор по собственной воле — покорится или ослушаться. Докча крайне невовремя вспомнил, что в «Способах выживания» этот квест ещё никому не удалось пройти с первого раза, и решительно выкинул эту мысль из головы.
Сбросив с плеч плащ, он начал расстегивать пуговицы рубашки, краем глаза косясь на Ю Джунхёка. Тот действовал методично и эффективно: его одежда аккуратной стопкой лежала на полу рядом с тяжелыми ботинками, а Докча только дошёл до брюк.
— Ю Джунхёк, помоги Ким Докче, кажется, он не справляется, — с наслаждением скомандовала Хан Суён.
— Я са... — начал Докча, но неожиданно его губы накрыл горячий рот, и чужие ладони легли на бедра. Ю Джунхёк был протагонистом по праву, он легко умел в мультизадачность.
— Экстра балл Ю Джунхёку за эффективное затыкание крысы, — возвестила Хан Суён. Докча обиженно замычал и тут же забыл об этом, когда пальцы Ю Джунхёка легли на его ширинку, расстегивая молнию. Если себя тот раздевал молниеносно, то с Докчей никуда не торопился: уверенная рука накрыла пах и сжала член сквозь брюки, отчего у Докчи начали подкашиваются колени. Он отвечал на поцелуи, пытаясь удержаться на ногах, и терялся в ощущениях — мягкие губы на его губах, уверенная рука, ласкающая его, гладкие волосы под пальцами.
[Эксклюзивный навык «Четвёртая Стена» приостанавливает работу в рамках подсценария], вспыхнуло для Докчи сообщение.
[Ки м До кча теп ерь сам], заявила ему Четвёртая Стена не без злорадства.
Докча не успел отреагировать — его захлестнуло ощущениями, которые даже на третий раз вызывали панику.
— Очень хорошо, — голос Хан Суён раздавался словно издалека. — А теперь в койку. Давайте-давайте, у нас не так много времени.
Ю Джунхёк оттеснил Докчу к кровати, повалил и тут же лег сверху, накрывая собой. Докча не заметил, как с него сняли брюки и белье. Колено упёрлось в его пах, и Докча заёрзал, пытаясь прижаться плотнее. Поцелуи Ю Джунхёка становились настойчивее и глубже. Его рука легла на горло Докчи, чуть сжала — у Докчи вырвался стон. До Ю Джунхёка, чёртового протагониста, он даже не представлял, как его заводит асфиксия.
— А теперь поменяйтесь, — раздался голос Хан Суён.
Докча не сразу понял, что она сказала, зато почувствовал, как отстранился Ю Джунхёк. Он недоумённо уставился на Хан Суён, мысленно сокрушаясь от потери тела, которое прижимало его к кровати.
— Что? — невозмутимо вытащила она леденец изо рта. Докча заметил, что её блюки расстёгнуты, а вторая рука находится между ног. У него перехватило дыхание, когда он понял, что она наслаждается видом его и Джунхёка. — Если наш протагонист тебя выебет, это будет скучно, разве нет, Ким Докча? Мы так уже делали. Разве мы не хотим добавить в жизнь новизны?
Её глаза азартно сверкали, а рука между ног неторопливо двигалась. Заметив направление его взгляда, она бесстыдно ухмыльнулась, разводя ноги шире.
— Нет, — сказал Докча, с трудом вспомнив, о чём они говорили. — Не особо хотим, правда же, Ю Джунхёк?
Тот неожиданно промолчал, вопросительно глянув на Хан Суён. Она встретилась с ним взглядом, и её ухмылка стала шире и намного безумнее.
— У меня идея, — сказала она торжествующе, не отрывая взгляда от Ю Джунхёка. — Ким Докча, трансформация в демона.
— Что? — опешил Докча и вдруг поймал взгляд Ю Джунхёка на себе — такой, какого он ещё ни разу не видел.
Докча, быть может, не обладал особым опытом в постели, а до сценариев и вовсе был девственником, но чужие слабости чуял как никто иной. Он молниеносным движением перекатился, подминая Ю Джунхёка под себя. Его тело налилось силой и мощью, из спины с хлопком выросли огромные крылья и тут же ликующе расправились во всю ширь, реагируя на его эмоции.
— О-о! — выдохнул Докча.
Его демоническое тело воспринимало ситуацию по-другому: ощущения были острее, ярче. Он втянул носом воздух, ощущая запахи своих компаньонов, которые раскрывались яркими эмоциями на языке. Он вдруг по-настоящему ощутил, что Ю Джунхёк его касается — все точки контакта их кожи. Докча наклонился над ним, зарылся носом в волосы и глубоко вдохнул, застонав от удовольствия. Отстранился, любуясь — Ю Джунхёк под его весом застыл, лихорадочно сверкая глазами. Докча не мог понять, что они выражали — жажду убийства или чего-то иного. По шее Джунхёка разлился румянец, и Докча, не удержавшись, припал к ней губами, а потом сжал острые зубы Короля Демонов, прихватив кожу. Пульс под его языком бился как ненормальный.
— Тебе нравится это, Джунхёк-а, — проворковал Докча, отстраняясь и фиксируя руки Ю Джунхёка над головой. Он ощущал, как в их крови — всех троих — бушуют гормоны. Возбуждение пахло так сладко. — Хан Суён правильно угадала, не так ли?
— Разумеется, — прозвучал севший голос Хан Суён откуда-то сбоку, — правильно.
Докча бросил взгляд на зеркало перед ним и с удовольствием отметил, как она раскраснелась и тяжело дышит. Руки Ю Джунхёка в его хватке дёрнулись, словно в попытке освободиться, и Докча напряг мышцы, сжимая запястья сильнее. Их взгляды встретились.
— Ты этого действительно хочешь? — спросил Докча серьёзно.
Он застыл, давая Джунхёку прийти в себя, и отправил сообщение через «Полуденное рандеву»:
[Если ты скажешь нет, мы все отменяем.]
Ю Джунхёк на мгновение прикрыл глаза.
— Ким Докча, — раздражённо ответил он. — Живее.
— Эй, не забывайте, кто тут босс, — раздался возмущённый голос Хан Суён.
Матрас рядом с ними прогнулся, и до Докчи донёсся лимонный аромат. Он обернулся, оглядев Хан Суён, которая вольготно улеглась на бок, лицом к ним. Её восторженный взгляд переходил от одного к другому, а рука между ног неторопливо двигалась, приковывая внимание.
— И какова будет ваша команда, госпожа? — спросил Докча с изрядной долей сарказма, который Хан Суён проигнорировала.
— Ю Джунхёк, — её голос был хриплым. — Тебе придется самому подготовить себя. Посмотри на эти когти, ты не хочешь их рядом со своей задницей.
Ю Джунхёк тут же дёрнул рукой, и Докча неохотно выпустил его кисти, отстраняясь.
— Тем временем, — продолжила Хан Суён с удовольствием, — Ким Докча, почему бы не показать ему, что его ждёт? — Она схватила Докчу за край крыла и дёрнула на себя. — Демо-версию.
Докча обернулся к ней и усмехнулся, заметив маняще раскрытую рубашку. Из их прошлого опыта он знал, что у Хан Суён чувствительные соски, и охотно прижался губами к её груди, услышав над собой резкий выдох.
В их первый раз он был растерян и абсолютно не знал, что делать — его даже в новеллах не особо интересовали постельные сцены. Хан Суён приходилось его направлять, задавать темп и командовать, и их обоих это вполне устраивало — как и сейчас её рука, схватившая его за один из рогов и толкнувшая вниз.
Его когтистые лапы демона прошли вдоль тела, едва царапая кожу — он знал, что её возбуждает опасность. За ними следовали губы — он прихватывал кожу клыками и целовал, бережно обводя языком шрамы. Один, на боку, был чувствительным — это в их первую ночь нашёл Ю Джунхёк — и Докча не остановился, пока не услышал над собой сдавленный стон.
Он опустился ниже, поддел когтем край её белья и с лёгкостью разорвал ткань.
— Заплатишь за это, — задыхаясь, выдавила из себя Хан Суён. Её голос звучал довольно.
— Тебе повезло, — усмехнулся Докча, — что я отвратительно богат.
Тело демона, заключил он, погружая язык внутрь Хан Суён и слушая её рваное дыхание, отлично подходит не только для битв. Возможно, все демоны немного суккубы? Он крепко держал Хан Суён за бёдра и неторопливо ублажал её языком, наслаждаясь тем, как она стонет, и тем, как глубоко способен проникнуть. Бывший офисный работник Ким Докча рехнулся бы от одного вида этой сцены, отметил он мысленно.
— Хватит, — выдохнула Хан Суён, вдруг дернув его вверх за один из рогов. — Приступай к экшену, устрой шоу. Хочу, чтобы Ю Джунхёк был мотивирован шевелиться быстрее.
Докча бросил взгляд на Ю Джунхёка. Тот тяжело дышал, насаживаясь на свои пальцы, а второй рукой ласкал член. Докче ужасно захотелось взять его в рот. Наверное, это будет так удобно в этом огромном теле, подумал он мечтательно.
Переведя взгляд обратно на Хан Суён, он облизал влажные губы и язвительно заметил:
— Ты же писатель, хоть и плагиатор. Почему такие невнятные команды?
— Если ты способен столько болтать, то явно недорабатываешь, Демонический Король, — резко ответила Хан Суён. — Трахни меня своим членом, эта команда тебе больше нравится?
Докча навис над ней, дразняще прижимаясь пахом.
— Когда ты изображаешь скромность, я боюсь, что ты опять оставила вместо себя Аватара, Хан Суён, — пропел он.
— Аватары в следующий раз, ты, грёбаный извращенец, — выплюнула она.
Докча услышал рядом едва различимый выдох Ю Джунхёка и запомнил на будущее. Склонившись к Хан Суён, он поцеловал её, с незнакомой ему самому властностью запуская язык в рот, и начал осторожно погружаться внутрь. Её ноги вдруг обернулись вокруг его талии, и Хан Суён крепко сжала их, рывком насаживаясь сама.
— Неужели ты думаешь, что я не купила себе нужных навыков, Ким Докча? — выдохнула она ему в ухо и вцепилась в мочку зубами. — Эту хрень у тебя между ног нормальный человек не переживёт.
Докча рыкнул от неожиданной боли и, взмахнув крыльями, вошел до упора. Хан Суён застонала. Докча на миг испугался, что причинил боль, но она скомандовала:
— Быстрее! — и Докча снова взмахнул крыльями, вколачивая её в мягкий матрас.
Тело демона великолепно , решил Докча, ещё лучше, чем тело созвездия. Он двигался мощными рывками, больше чувствуя, чем слыша, как Хан Суён стонет под ним, и скорее ощущая, чем видя горячий взгляд Ю Джунхёка. Их общая похоть витала в воздухе тяжелым сладким ароматом. Оторвавшись от губ Хан Суён, он встретился взглядом с Ю Джунхёком и потянулся к нему, целуя — а потом Ю Джунхёк приник к Хан Суён.
Докча почувствовал, как перья на его широко распахнутых крыльях встали торчком — ощущения было схоже с тем, как от удовольствия поджимались пальцы на ногах. Он начинал теряться во времени и пространстве от бешеного наслаждения, не разбирая стонов — своих или чужих. Он чувствовал чьё-то тело под грубыми когтистыми пальцами и ощущал чьи-то руки на своём.
Хан Суён неожиданно содрогнулась несколько раз, и Докча снова приник к ней, ловя губами её стон. Руки Ю Джунхёка грубо схватили основания его крыльев, фиксируя на месте, и Докча замер, с трудом удерживаясь от того, чтобы вырваться и продолжить вбиваться в податливое тело — внутри него ревело и рвалось то, чего он раньше никогда не испытывал.
— Вот так, молодец, — выдохнула Хан Суён. Только сейчас Докча понял, что она что-то приказывала, а он прослушал, чуть не запоров весь сценарий. — Хороший демон. Замри.
Чертова… трансформация.
Докча недовольно скривился, но покорно застыл. Его член всё ещё был внутри Хан Суён, и она неторопливо выпрямила ноги, скрещённые на его спине, сдавливая его так сладко.
— Терпи, — ласково сказала она, и в её глазах плясали черти.
Докча закусил губу и почувствовал вкус крови — острые клыки демона порвали кожу. На его рот легла рука, стирая её, и Докча обернулся, успев увидеть, как Ю Джунхёк с невозмутимым видом кладет окровавленный палец себе в рот, посасывая.
— Что вы… творите…. — выдохнул он.
— А на что это похоже? — Хан Суён ухватилась за его плечи и поднялась, прижавшись вплотную и насаживаясь глубже. Её голова откинулась в наслаждении, оголяя белую шею со следами укусов — Докча едва удержался от того, чтобы впиться в неё снова.
— Ю Джунхёк, — приоткрыв один глаз, скомандовала Хан Суён и неторопливо качнулась, доводя Докчу до исступления. — Помоги удержать этого дурного демона. Раз он слов не понимает.
Джунхёк молча придвинулся к нему и устроился позади, между крыльев. Он схватил руки Докчи, переплетая их пальцы, и прижал к торсу.
«Словно объятие», подумал Докча и постарался отогнать эту мысль. Нежности были не для них; просто разрядка, просто сценарий, напомнил он себе.
Крепко стоящий член Джунхека прижался к пояснице, и Докча застонал, представив, что это могло оказался в нём. Способен ли демон с навыком увлажнения принять крупный член без смазки и подготовки? Он не прочь был проверить. В конце концов, регенерацией владели они все. Эта мысль так завладела его воображением, что он чуть не пропустил — снова — следующие слова Хан Суён.
— Нет, мальчики, — усмехнулась она. — Сегодня наш топ Король Демонов, как бы вам не хотелось вернуться к прошлым играм. Жди, Ким Докча.
Докча сцепил зубы.
— За что ты мне мстишь, — выдавил он.
Хан Суён расхохоталась, снова с удовольствием качнувшись на его члене. Её смех осел дыханием на его плечах, когда она наклонилась ближе, к уху:
— Дорогой мой, — шепнула она, и от её тона у Докчи мурашки прошли по спине, а перья встали дыбом. — Это такой длинный список, что нам целой ночи не хватит. Но поверь, ты заслужил. Верно, Ю Джунхёк?
— Верно, — неожиданно подтвердил Ю Джунхёк — предатель! — и прижался ещё крепче, перегнувшись через плечо Докчи. Они с Хан Суён поцеловались рядом с его щекой, и он взглянул в зеркало, любуясь, как переплетаются их тела. Хан Суён снова начала двигаться, а член Ю Джунхёка упирался в поясницу так сладко — и в то же время совершенно не там, где бы Докче хотелось его ощущать.
Он, не отдавая себе отчета, издал жалобный стон, за который ему, несомненно, будет ужасно стыдно — потом.
— Ах ты бедняга, — Хан Суён погладила его по щеке. — Так стараешься. Хочешь выполнить ебаный сценарий, да, Ким Докча? Ведь награда так сладка, — она поцеловала его в уголок губ и провела по ним кончиками пальцев. Докча чуть раскрыл рот, и её пальцы бесстрашно проникли внутрь между острых зубов. — А то давно бы плюнул на все команды, правда? Довёл бы меня до ещё одного оргазма и переключился на нашего любимого протагониста. Так хочется засадить в эту божественную задницу, правда же, Ким Докча?
Она вытащила пальцы, но Докча промолчал, частично из упрямства, частично — потому что пытался отстраниться от всего происходящего и продержаться ещё хоть немного. Пульс бешеными барабанами стучал в его ушах.
— Хочется же? — продолжала Хан Суён, правильно понимая его молчание. — Схватить его, вжать в матрас и выебать, оттаскать за эти чёртовы патлы, заткнуть этот грёбаный идеальный рот, всё равно он им не пользуется по назначению. Наподдать так, чтобы шило из жопы вышло. Чтобы он ходить не мог, ёбаный совершенный протагонист, и наконец начал слушать здравый смысл. То есть нас.
Хотелось, да. Ужасно хотелось. Джунхёк шумно выдохнул, словно соглашаясь, и его руки сдавили Докчу до боли.
«Не только мне», мелькнула восторженная мысль.
— Хан Суён, — с трудом разомкнув губы, сказал Докча. — Ты паршивый автор. Слишком длинная экспозиция. Переходи к действию.
Хан Суён расхохоталась и в отместку насадилась на него до упора, поднялась и насадилась снова — и застыла, как только он начал вновь наслаждаться этим.
— Ким Докча, мой дорогой читатель, — торжественно сказала она, — я всего лишь копирую темп твоей любимой новеллы!
Докча издал звук между стоном и смешком. Он опустил голову ей на плечо, и Хан Суён запустила пальцы ему в волосы, ласково их перебирая.
«Что ты творишь, Хан Суён?» — хотелось ему спросить. Это не очень-то похоже на сброс напряжения или простое выполнение сценария?..
Она снова начала двигаться, неторопливо и размеренно. Её плоть сжимала его член, а руки Джунхёка обхватывали его тело и крылья. Докча ощущал себя окруженным ими, запертым, но вместо паники это вызывало эмоции, к которым он и близко не собирался подходить. Хан Суён обняла его за шею и прижалась грудью. Докча чувствовал её всем телом, и тепло Джунхёка за ним — тоже. Он зажмурился, теряясь в этих невозможных ощущениях, а потом раскрыл глаза, чтобы увидеть в зеркале, как его компаньоны упоенно целуются над его плечом.
Докча дрожал, и даже силы Джунхёка едва хватало на то, чтобы полностью его обездвижить. Крылья норовили расправиться, забиться в рваном ритме. Перья неловко сминались между их телами, и он не знал, куда деться от смеси удовольствия и дискомфорта.
— Ю Джунхёк, стоп, — вдруг скомандовала Хан Суён и остановилась сама.
Докча взвыл. Ему уже плевать было на достоинство, но эти издевательства…
— Тише, тише, — Хан Суён положила руку ему на щёку и поцеловала в губы, так осторожно и нежно, как никогда ещё не целовала — как Докчу никто не целовал. Её большой палец ласково погладил щёку Докчи, и он закрыл глаза, наслаждаясь этой лаской, такой редкой, почти не существующей для него в жизни ни до, ни после сценариев.
Ю Джунхёк за спиной застыл каменным изваянием, и до Докча доносилось его прерывистое дыхание.
Хан Суён улыбнулась ему — им — не зло или маниакально, а…Сознание Докчи отказывалось узнавать этот взгляд на её лице.
Её голос казался таким же неузнаваемым.
— Ты был таким хорошим и послушным, Ким Докча, — сказала она, гладя его волосы. — Почему бы не наградить тебя?
Хан Суён вдруг поднялась, и Докча разочарованно застонал, когда она соскользнула с его члена. Она утомлённо вздохнула и упала спиной на кровать, раскинув руки и ноги. Поймав взгляд Докчи, Хан Суён ему подмигнула.
— Ю Джунхёк, — сказала она, взглянув ему за спину. — Можно. Сделайте то, что вы оба так сильно хотите. Обещаю, больше не буду вмешиваться.
Руки вокруг Докчи разжались, и крылья тут же рванулись вверх, подняв порыв ветра. Джунхёк вдруг оказался перед ним и, грубо схватив за шею, впился губами. Докча застонал в поцелуй, слепо зашарил руками — Ю Джунхёк взял его ладонь и подвёл к своему члену.
Докча глянул на него, потом — на Хан Суён, которая снова принялась неспешно ласкать себя, наблюдая за ними.
Она хочет зрелищ? Это Докча вполне мог предоставить. В конце концов, говорят, он довольно неплох в том, чтобы удовлетворять чужое любопытство.
Докча толкнул Ю Джунхёка на кровать и тут же прижался сверху, с удовольствием смыкая губы на его напряжённом члене. Довольно замычал: Докча любил оказываться правым, а демоническое тело в самом деле было идеально для того, чтобы отсасывать Ю Джунхёку. Докча заглотил член до конца, чувствуя, как он касается горла; никакого рвотного рефлекса! — видимо, демонам не возбраняется жрать всё что не попадя. Как удобно .
Он застонал, наслаждаясь тяжестью на языке, и услышал ответный стон Ю Джунхёка. Жёсткие пальцы легли на его волосы, схватились за них, задавая темп, и Докча закрыл глаза, отдаваясь этим движениям. Его крылья нетерпеливо дёргались, но он заставлял себя двигаться медленно. Докча уже видел финал этой истории, так же, как знал финал Сценариев, к которому шёл — и смог наконец расслабиться. Хан Суен обещала, что даст им волю.
Рука Джунхёка выпустила его волосы и вместо этого погладила — с такой же неожиданной нежностью, как Хан Суён ранее. Докча сохранил и это чувство в копилку самых невероятных вещей в его жизни.
— Надо же, — прозвучал откуда-то сбоку голос Хан Суён, — какие вы ласковые. Я думала, сразу перейдёте к делу.
Докча выпустил член из рта и демонстративно облизнулся, заметив, как внимательно оба наблюдают за ним. Он скользнул вверх вдоль тела Джунхёка и поцеловал его, глубоко запуская язык тому в рот, а потом, отстранившись, поманил Хан Суён. Та с деланным ворчанием потянулась к нему, и Докча поцеловал её тоже, обхватив ладонью щёку.
— Куда спешить, — сказал он.
Отстранившись, Докча вернулся к паху Ю Джунхёка и облизал головку, прошёлся языком по стволу, вспоминая, как это делала Хан Суён в их… он не помнил, когда. Какая разница. На этот раз он вбирал член медленно, наблюдая из-под ресниц, как Ю Джунхёк и Хан Суён целуются. Рука Джунхёка потянулась к её промежности, и Хан Суён пересела, чтобы ему было удобнее. Докча довольно замычал и почувствовал, как от вибрации член дернулся внутри горла. Ему вдруг показалось, что в этой комнате подсценария время перестало существовать: остались только они, их движения и разделенное на троих удовольствие. На какой-то момент перестало существовать всё прочее: его прошлое, сценарии и планы, Звездный Стрим. Докча никогда раньше не представлял, что можно настолько раствориться в моменте, и… не желать, чтобы всё прекратилось.
— Хватит, — вдруг сказал Ю Джунхёк, разрушая эту диковинную магию. Докча с сожалением отстранился, выпустив член изо рта. Ю Джунхёк тут же потянулся к нему, сцеловывая свой вкус с его губ и помогая немного примириться с утратой.
— Какие же вы горячие засранцы, ненавижу, — раздался голос Хан Суён.
Докча отстранился и коротко ей улыбнулся.
— Почему бы, — сказал он, — не поменять немного план.
— Что?..
Ю Джунхёк, поняв его без объяснений, повернулся к Хан Суён и накрыл её собой, впившись таким же требовательным поцелуем. Хан Суён удивлённо распахнула глаза и почему-то взглянула на Докчу.
— Сюрприз, — усмехнулся тот.
Докча поймал себя на том, что любуется, каким нежным мог быть грубый протагонист его любимой истории. С женщинами Ю Джунхёк всегда вёл себя по-иному. Там, где с Докчей они не переставали бороться и пререкаться даже в постели, с Хан Суён он действовал непривычно ласково. Он неторопливо целовал её грудь, ласкал губами соски. Его грубые, усеянные шрамами пальцы нежно касались её тела. Ю Джунхёк медленно двигался вниз, и Хан Суён не торопила его, не приказывала, лишь смотрела расширенными глазами, как он приближается к её промежности.
Докча сидел в кровати, вольготно раскинув крылья, и неторопливо ласкал себя, наблюдая, как Ю Джунхёк лижет, целует и двигает внутри неё языком. Он любовался тем, как тёмные волосы вьются у лба его любимого протагониста и трепещут длинные ресницы — кажется, он никогда не устанет восхищаться видом этого совершенного лица. Он поражался открытому, уязвимому взгляду Хан Суён и наслаждался тем, как её тело реагирует на ласку, а руки сминают развороченные простыни. Ему так безумно нравилось, как эти двое открыто наслаждаются друг другом, что становилось неважно собственное удовольствие.
— Вы… — Хан Суён задохнулась. — Не было же… команды.
— А нам разве нужна команда, — довольно сказал Докча.
Хан Суён прерывисто вздохнула, а потом запустила руки во встрёпанные волосы Джунхёка. Он, разогнувшись, что-то прошептал ей на ухо — Докча не стал вслушиваться, оставляя им эту кроху приватности — и приставил член к её промежности, а потом осторожным, плавным движением вошёл. Докча потянулся к ним и сцеловал вкус Хан Суён с мокрых губ Джунхёка, и они обменялись долгим взглядом, а потом Ю Джунхёк наклонился к Хан Суён, поцеловав её тоже.
Она застонала и вцепилась ногтями в его спину.
— Хан Суён, — позвал Докча и улыбнулся, всё ещё неторопливо себе надрачивая. — Не хочешь проверить, готов ли для меня Джунхёк? Ты же знаешь, что его ждёт.
Хан Суён коротко хохотнула. Её руки скользнули по бедру Джунхёка, миновав шрамы и свежие отметины — кажется, большинство их оставили когти Докчи, а он даже не помнил, когда — и она погрузила внутрь сразу два пальца.
— Не только я покупаю лишние скиллы, — удовлетворённо подытожила Хан Суён, добавляя третий.
Они некоторое время двигались вместе — Дужнхёк входил неторопливо и глубоко, и пальцы Хан Суён повторяли эти движения внутри него. Они были на диво хороши вдвоём — красивые, яркие, страстные. На какой-то момент Докча показался себе лишним, и тогда Хан Суён, словно уловив его мысли, вскинула взгляд и вытащила пальцы из Джунхёка.
— Долго тебя ждать, Король? — спросила она. — Вообще-то, я заказывала демонического ебаря.
Докча хмыкнул, мгновенно оказываясь рядом. Его крылья раскрылись над ними, полностью закрывая зеркало на потолке.
— Надеюсь, — сказал он, пристраиваясь сзади Джунхёка и глядя в глаза Хан Суён, — ты хорошо подумала, о чём просишь.
Он приставил член ко входу Ю Джунхёка и осторожно надавил. Головка вошла с трудом, и он застыл, давая тому возможность привыкнуть. Форма Демонического Короля оказалась гигантской со всех точек зрения, и Докча не был уверен, что оба его партнёра любят большие члены. Ему самому пришлось бы несладко во время их первых опытов, если бы не куча монет, которые он безбожно слил на секцию 18+ в Магазине Доккаёби.
Их с Дужнхёком дыхание вырывалось с громкими хрипами. Докча застыл, стараясь не шевелиться; внутри Джунхёка было умопомрачительно тесно и жарко, и у Докчи перед глазами темнело от желания продолжить.
Он держался.
Рука Хан Суён нашла его судорожно сжатые в кулак пальцы, и Докча ухватился за неё.
— Дальше, — наконец сказал Ю Джунхёк. Докча подумал, что этот мудила просто не имеет права звучать так спокойно и уверенно, когда они находятся в таком положении.
Закусив губу, — снова до крови, чёртовы клыки! — он начал осторожно погружаться внутрь. На этот раз никто его не торопил: Хан Суён застыла под их двойным весом, а Ю Джунхёк напряжённо хмурился, пытаясь расслабить мышцы, дыша глубоко и размеренно. Он принимал внутрь демонический член сантиметр за сантиметром, и Докча завороженно следил, как толстый ствол входит всё глубже. Он и представить не мог, как это ощущалось — для него даже вполне человеческого Джунхёка хватало за глаза. Повинуясь внезапному порыву, он наклонился вперед и поцеловал выступающую лопатку, пытаясь хоть немного сгладить дискомфорт.
Докча получал мало ласки за свою жизнь, но знал то, что понравилось бы ему самому — и теперь втайне ликовал, что мог на ком-то это попробовать: бережно гладить напряжённые мышцы, зарыться носом в волосы и целовать шею за ухом — когда-то он читал, что у многих это эрогенная зона, и теперь хотел бы узнать, так ли это для Ю Джунхёка. Он вдруг понял, сколько разного хотел бы о них узнать, сколько всего попробовать — эти желания он никогда не допускал в нормальном состоянии сознания.
Ю Джунхёк слегка повернул голову, и Докче показалось, что край его губ изогнулся в улыбке.
— Двигайся, — сказал он.
— Точно? — спросил Докча нерешительно.
— Живо! — прикрикнула Хан Суён. — Говорит, в порядке — значит, в порядке, ты что, забыл, кто он? Этот мудила, между прочим, поставил раком весь Звездный Стрим!
Докча вышел наполовину, дёрнув крыльями, чтобы хоть как-то сбросить сводящее с ума напряжение, и осторожно вошёл снова.
— Вообще-то, — заметил он, неторопливо выходя и погружаясь обратно, — это только в будущих… регрессиях…
— Вы заткнётесь, — выдохнул Джунхёк между толчками, — или нет?!
Докча поднял взгляд и встретился с глазами Ю Джунхёка в одном из зеркал. Они представляли собой невероятное зрелище, двигаясь вместе, словно единый организм: Хан Суён бессовестно стонала от глубоких толчков, Ю Джунхёк подавался ему навстречу, и его взгляд обрёл убийственную глубину, а острая красота разила наповал, а сам Докча распростёр над ними чёрные крылья, словно хотел закрыть от всего мира. Он не узнавал себя в этом теле, не мог осознать до конца ощущения, которые были намного сильнее, чем обычно, и каким-то образом это делало всё проще. Словно не одинокий жалкий читатель Ким Докча проводил ночь с двумя великолепными партнёрами, а кто-то другой. Этот другой мог принимать от них ласку, другой мог, пользуясь силой своего нового тела, доставить им удовольствие.
В тишине раздавались их стоны, рваное дыхание и влажные шлепки. Крылья Докчи поднимали ветер. Он поймал улыбку Хан Суён и понял, что улыбается сам. Докча чувствовал тела двоих людей под ним, то как они двигаются и подхватывают его движения, видел, как смотрят на него с ярким желанием.
Никто никогда не смотрел на него так.
Докча знал, что если он по-настоящему задумается о том, что между ними происходит, то попросту сойдёт с ума — поэтому не думал. Он позволил телу делать то, что оно умело само. Его толчки убыстрялись, и мышцы начали дрожать от усталости. Хан Суён стонала в голос, нисколько не смущаясь, и Докча все ещё одной рукой сжимал её ладонь в своей, а другую положил на живот Ю Джунхёка, ощущая под пальцами, как сокращается его пресс от усилий. Их кожа блестела от пота, отражая мягкий свет ламп. Докче не хватало воздуха — он задыхался от их темпа и эмоций, которые отказывалась блокировать предательская Четвёртая Стена.
Мелькнула мысль, что он хотел бы остаться здесь, вот так, навсегда — и Докча подавил её, как и горечь, которая пришла вслед за ней.
Он отдался движениям: быстрее и быстрее, вперед и назад, поддавая крыльями. Ю Джунхёк сжал его ладонь, прижимая к себе крепче, а хватка Хан Суён могла бы переломать ему кости, будь он в своём обычном теле.
— Давай, давай, — вскрикивала она между вдохами, и Докча рычал в последнем усилии, пытаясь удовлетворить их обоих. Он наклонился вперед, вцепившись зубами в плечо Ю Джунхёка, и почувствовал на языке вкус крови. Джунхёк вскрикнул от неожиданности и вдруг крупно вздрогнул, сжав мышцами член Докчи, застыл на мгновение и выдохнул. Докча так жадно ловил его взгляд в зеркале, пытаясь запомнить выражение лица, что почти пропустил собственный оргазм, от которого крылья вскинулись вверх, расправив каждое перо.
Какое-то мгновение оба судорожно дышали, пытаясь прийти в себя. Наконец Хан Суён недовольно застонала и ткнула Докчу пяткой в рёбра.
— Слезьте с меня, — сказала она, и Докча, еле осознавая себя от усталости, опёрся о дрожащие руки и вышел из Ю Джунхёка, а потом повалился набок. Трансформация, которую он удерживал из последних сил, наконец завершилась, оставляя его слабым и измученным. Всё тело нестерпимо болело — даже крылья, которых в этой форме у него не могло быть.
Джунхёк выдохнул и с заметным усилием склонился над Хан Суён, потянувшись рукой — а потом и языком — к её промежности. Она откинула голову и с мечтательной улыбкой посмотрела наверх, в зеркальный потолок, где отражались они все — измученный Докча и Ю Джунхёк у её ног. Её улыбка стала торжествующей. Она встретилась взглядом с Докчей и игриво ему подмигнула:
— Упрямый ублюдок.
— Он такой, — слабо улыбнулся ей Докча.
— Я не про него, — прыснула она.
Докча без сил смотрел на то, как Ю Джунхёк умело доводит до оргазма Хан Суён, а потом ложится рядом, подгребая их обоих к себе. Огни вокруг них начали гаснуть, погружая комнату в темноту.
Тишину прервал звук уведомления Системы, известивший о завершённом сценарии.
— Блин, — сказала Хан Суён. — Я даже забыла про него. Что мы получили-то?
Докча лениво приоткрыл один глаз, глянув в окно сообщения.
— 10 000 монет, — прочитал он. — И предмет А-ранга. В смысле?!
Хан Суён захохотала. Ю Джунхёк недовольно заворчал.
— Это всё, — заходилась она смехом, — ради А-ранга? И 10 кусков? Да для тебя это мелочь со сдачи, которая в карманах завалялась.
— Похоже, мы слишком этим наслаждались, — озадаченно сказал Докча, отчего Хан Суён развеселилась ещё пуще.
— Когда вы уже заткнетесь, — зарычал на них Ю Джунхёк.
— Вот кто не расстроен, — заметила Хан Суён. — Он сразу шёл на блядки.
— Главное — правильно поставить цель, — согласился Докча.
— Я убью вас обоих, — пригрозил Джунхёк.
— Насилие как язык любви? И почему я не удивлена, — заметила Хан Суён, ничуть не впечатлённая.
Докча закрыл глаза, уютнее устраиваясь в тёплых объятиях своего любимого протагониста. Хан Суён неожиданно потянулась к нему и взяла его за руку, и Докча, помедлив, нерешительно перевернул ладонь, переплетая их пальцы.
Он провалился в сон, убаюканный теплом компаньонов и давно привычными угрозами.