Chapter Text
Это не было чем-то серьёзным, думал Ши Уду, пересекая порог относительно недорогого отеля. Рука на его талии, не сжимающая, а лишь мягко и наставительно направляющая, вторила его мыслям: никто не хотел его присваивать себе, они ещё в такси, напрягая водителя, договорились без следов и поцелуев просто потрахаться, потому что у них обоих сейчас были не самые лучшие периоды в жизни, и честно сказать, Ши Уду был рад, что в его обозримом будущем не привидится серьёзных отношений ближайшие лет сто.
Ему нужно было время и пространство, чтобы встать на ноги после смерти родителей, а ещё на его сердце тяжёлым грузом висела забота о младшем брате, которого он любил больше всего на свете, и все мысли о его благополучии занимали красивую голову. Просто в университете сейчас был один сплошной стресс от надвигающегося конца семестра. И зима выдалась в этом году какой-то чрезмерно слякотной, и зимняя депрессия пустила корни в его мыслях, и всё свалилось псу под хвост, в общем-то. Поэтому ему хотелось просто выпустить пар, скинуть стресс в постели с кем-то, кто его захочет - даже такого заебавшегося.
К двери его не пригвоздили, а мягко прислонили, тут же стягивая пальто и проезжаясь руками по талии. Сильные руки сильного человека, знавшего в этой жизни, что такое труд. Он наклонился очень близко к его шее, но тут же чертыхнулся и одёрнул сам себя, лишь проводя по ней носом. Ши Уду в тот же миг успокоился и сам стянул пальто с мужчины. Они оба носили дорогие пальто, идеальные, чистые, без катышек, и Ши Уду посчитал кощунством оставить их на полу их номера, потому отвлёкся, поднял и повесил на крючок. Его собеседник криво усмехнулся на это и встал на колени, расстёгивая молнию на его ботинках.
- Откуда столько раболепия? - с иронией уточнил Ши Уду, хватаясь за его плечи в поисках опоры. В ответ ему снова раздался смех.
- Мещанские привычки.
Свои кроссовки он стянул, наступая носками на пятки, и ему было плевать, как они валяются, потому что он уже сцапал руку Ши Уду и вёл его к кровати, попутно развязывая галстук. Ши Уду с замиранием сердца проследил, как он расстёгивает свои пуговицы и додумался стянуть с себя свитер, тоже оказываясь в рубашке. Вместе со свитером на пол упало колье, которое на него утром нацепил брат. От звона цепочки мужчина чуть вздрогнул, поморщился и расстегнул оставшиеся пуговицы.
Ши Уду усилием заставил себя ничего не говорить про покрывавшие всё тело татуировки. Это было не его дело, как тот себя красит или уродует, поэтому он занялся расстёгиванием ремня - а штаны, держащиеся только на нём и честном слове, чуть ли ни сами упали к ногам.
- Ты очень красивый, знаешь? - уточнил мужчина, уставившись на его ноги. На его тонкие от постоянного стресса ноги с сухой и дряхлой кожей. Ши Уду закатил глаза и позволил мужчине повалить себя на кровать спиной. Колени он развёл будто по указке, а потом с иронией подумал, что на нём сейчас нет штанов, а на мужчине, наоборот, только штаны и остались, но его отвлекла рука, добравшаяся до его члена.
Он не чувствовал ничего, возбуждение было скорее осознанным шагом, чем-то механическим, созданным повторяющимися движениями руки и губами на его шее, оставляющими мягкие поцелуи. Как в старших классах, когда Ши Уду вылавливал моменты, когда никого не было дома, и понимал, что вот именно сейчас ему нужно подрочить, иначе потом времени не будет. С сексом с этим мужчиной было также: это явно была разовая акция, а потом Ши Уду ждут сначала такой раздражающий день рождения, потом сессия, потом январский бунт брата, который опять будет пытаться съехать к очередному "все серьёзно" бойфренду, потом новый семестр, всё те же проблемы финансирования, сухие отчёты делоуправляющих, сплошная головная боль, и так до самого лета, где будет месяцок короткой передышки перед новым семестром и старыми проблемами.
- Ты уверен, что тебе это нужно? - спросил мужчина, почувствовав, как напрягся Ши Уду, когда его рука, уже скользкая от смазки с его члена, чуть съехала к мошонке и дальше. Тот в ответ лишь рыкнул и почти по слогам произнёс:
- Да, пожалуйста, просто трахни меня, - и когда мужчина отстранился, на пару секунд показалось, что сейчас Ши Уду точно заплачет. - Это что, так сложно? Мы же договорились.
Мужчина тяжело выдохнул, отошёл к своему пальто и достал что-то из кармана.
- Уходишь? - уточнил Ши Уду и свёл ноги, смотря на мужчину со злобой.
- Нет, - мужчина покачал головой. Он вернулся к кровати и стянул с себя брюки, аккуратно сворачивая их по линии стрелок и вешая на спинку стула у тумбы. В его левой ладони всё это время оставался достанный из кармана пальто тюбик смазки, и Ши Уду даже отругал себя мысленно за излишнюю истеричность. - Ты до этого... Спал? С мужчинами, я имею в виду?
Ши Уду кивнул. Спал. Смазки, правда, тогда не было, зато была отрезвляющая боль и мотивация встать и идти дальше ебашить. Все его демоны в ту ночь получили разрядку и снова бросили все ресурсы на достижения успеха. От этого вечера - верно переходящего в ночь - Ши Уду ждал похожих результатов.
К тому, как плавно его будет растягивать мужчина, он оказался не готов, потому что к двум пальцам долгое время не хотел присоединять третий, а голова мужчина забралась под так и не стянутую рубашку, и его губы вычерчивали на его груди мягкие незамысловатые узоры, выбивающие из этой самой груди рычащие гортанные стоны. Мягкость и плавность выбивала из колеи, и когда третий палец лишь добавил больше томления в ситуацию, Ши Уду грозно рыкнул и вырвался из сдерживающего объятья, переворачивая и мужчину и себя. Он так и не снял трусы, поэтому Ши Уду спустил их на пару сантиметров, взял его член в руку и направил в себя, резко опускаясь и вцепляясь подстриженными ногтями в плечи. Из горла мужчины ни вышло ни звука, а руки мягко проехались по талии и попытались оттянуть Ши Уду наверх, но тот продолжил насаживаться всё сильнее, в какой-то момент просто рявкнув:
- Лежать!
Он лежал. И гладил. И водил губами по его запястьям, так мягко и нежно, что плакать хотелось, и с ним не было больно, и он был спокоен, и казался таким серьёзным, уверенным и взрослым, пусть они и были ровесниками.
- Жаль, что ты не хочешь меня поцеловать, - вырвалось из Ши Уду, когда он более резко опустился, и его руки немного подкосились, заставив его сильнее прогнуться. Мужчина выгнул бровь и ласково улыбнулся, впервые за вечер его рука сжалась на талии, ощутимо давя.
- Я могу, Ши Уду, если ты, - он снова ослабил хватку и ласково провёл большим пальцем по тому месту, которое только что сжимал, - этого хочешь. Ты сам сказал - без поцелуев.
- Я передумал, - Ши Уду закрыл глаза, снялся с члена мужчины и упал рядом с ним, тут же разводя ноги и поворачивая голову вбок, чтобы их взгляды встретились. Мужчина удивился.
- Пожалуйста, займись со мной сексом. Поцелуй меня, укуси, - Ши Уду проследил, как тот встаёт, стягивает трусы и устраивается между его ног, пристраиваясь и потираясь о раскрытую дырку, как на его лицо наползает желание обладать, как зубы скалятся, показывая, какие следы завтра следует рассматривать в отражении. - Цзюнь У, пожалуйста.
В этом мире было по-настоящему мало людей, которым Ши Уду доверял, и Цзюнь У, один из его самых преданных делоуправляющих, в их число никогда не входил. Сукин сын справлялся со своими обязанностями настолько идеально, что ему в глотку хотелось всадить ножницы, а Линвень так проникновенно жаловалась на своего начальника-тирана, сетуя, что даже подать официальную жалобу на него не сможет, потому что стервец заставлял свой отдел пахать на том же уровне, на котором ебашил сам. И его вечно идеально выглаженные брюки и прищуренные глаза - от всего Ши Уду тошнило, но было бы странно только из-за этого увольнять человека, из-за которого его семейное дело шло в гору год от года.
И сегодня они оказались здесь почти случайно, после неофициального корпоратива, просто так вышло, что Ши Уду устал возвращаться домой к митингующему брату, один, пока его друзья уезжают куда-то с кем-то - всегда не-одни, - а Цзюнь У случайно обронил, что недавно по собственной глупости разорвал отношения, длившиеся шесть лет, и так они решили, что могут сегодня переспать. Без лишнего, конечно же.
- Ши, - с хриплым стоном выдал Цзюнь У, и Ши Уду почувствовал, как его сперма растекается по нутру, пошло грея.
- И чего ты остановился? - спросил Ши Уду, когда смог разжать челюсть и выпустить из укуса его плечо. - Устал?
Цзюнь У рассмеялся и поцеловал его так, что показалось, будто его язык хочет через рот достать до спермы в его животе, медленно выходя, а потом резко вдалбливаясь под новым углом. Ши Уду громко простонал и ногой притянул его ближе к себе.
Эту ночь ему внезапно захотелось запомнить в деталях.