Work Text:
Цзян Яньли не знала, сколько времени прошло с тех пор, как оказалась здесь. Людской поток на мосту не иссякал, каждая душа следовала на противоположный берег Желтого источника. Кто-то шел широким верхним ярусом, ступая по золоту и нефриту. Другим достался более узкий средний, под бесплотными ногами громыхало железо. Третьим же не повезло балансировать прямо над пучиной бурной реки на гнилом бревне. Возможно, ей самой уготован именно этот путь.
— Здесь нельзя задерживаться, — раздалось за левым плечом.
Цзян Яньли обернулась. Перед ней стояла пожилая женщина, лицо в лучиках морщин не казалось добрым, но и не было злым. Темные, как безлунная ночь, глаза несколько мгновений пристально изучали ее.
— Твой муж уже прошел на тот берег и испил мой суп, — наконец сказала женщина равнодушным голосом.
— Госпожа Мэн? — догадалась Цзян Яньли. Про Мэн По и ее Суп Забвения знали даже малые дети.
— Ты ведь не о муже беспокоишься, — Мэн По усмехнулась, — и не о сыне, которого оставила сиротой. И даже не о кровном брате.
Цзян Яньли опустила взгляд. В последние дни жизни ею владела неистовая потребность увидеть Вэй Усяня, поговорить с ним. Это желание гнало в Безночный город, невзирая на трудности в пути и маленького сына в Башне Золотого Карпа. Она сама не понимала, что хотела услышать: покаяние, оправдания, извинения? Разве слова способны что-то изменить? И все же душа не находила покоя до сих пор.
— Вообще-то я обязана доложить стражам-демонам, они могут и насильно отвести. Или хочешь стать неупокоенным духом? — Мэн По недовольно цокнула языком. — Ладно, дам тебе еще немного времени. Тот, кого ты хотела увидеть, скоро будет здесь.
Цзян Яньли вздрогнула. Она не желала А-Сяню смерти и приняла за него удар меча. Выходит, все равно не спасла. Душу наполнила полынная горечь.
— Как только твое желание исполнится, будь добра, иди на мост. Иначе мне все-таки придется послать за тобой демонов, — ворчливо произнесла Мэн По и через мгновение исчезла.
Счета дней Цзян Яньли не вела, да и время у моста Найхэ текло незаметно. Однажды Вэй Усянь просто появился перед ней. Его взгляд казался безумным, а глаза горели красным огнем. Залитые кровью одежды свисали лоскутами. Ей уже многое здесь довелось повидать, но редко какая душа выглядела настолько ужасно.
Едва заметив ее, Вэй Усянь отшатнулся и попятился назад. Цзян Яньли взяла себя в руки и велела тоном старшей сестры, каким иногда говорила с братьями:
— А-Сянь, стой! Не убегай!
— Шицзе... — почти беззвучно произнесли окровавленные губы. Вэй Усянь рухнул перед ней на колени. — Мне нет прощения.
— А-Сянь, — Цзян Яньли присела рядом с ним, — ты должен все рассказать. Пожалуйста, больше ничего не скрывай.
Прежний Вэй Усянь бы отшутился и перевел разговор на какой-нибудь пустяк. Но здесь, у моста Найхэ, души не могли лгать или молчать в ответ на заданный вопрос. Слово за слово, он начал рассказ…
***
— А теперь пора, девочка, — раздался голос Мэн По. Цзян Яньли вытерла слезы, но силуэт старухи все еще расплывался перед глазами.
— Пойдем, А-Сянь. — Она встала и протянула руку Вэй Усяню.
— Только ты, — отрезала Мэн По. — Его путь в подлунном мире еще не окончен.
— Но... — Цзян Яньли не понимала. Ведь Мэн По сама говорила, что на этом берегу нельзя задерживаться. Разве Вэй Усянь не должен выпить суп и уйти на перерождение? После всего, что пережил, разве он не заслужил забвения? — Что будет с А-Сянем?
— Это мне неведомо, — покачала головой Мэн По, — однако на мост ему рано.
— Шицзе, я стану самым мирным бродячим духом на свете! — Вэй Усянь вскочил на ноги. — И буду оберегать Цзинь Лина, обещаю.
Его глаза покраснели от слез, но уголки губ поднялись в легкой улыбке. Не зря Цзян Яньли хотела выслушать, ей удалось хоть немного снять с него тяжкий груз тайны и вины. А сама она скоро все забудет, и боль пройдет.
Обняв Вэй Усяня на прощание, Цзян Яньли двинулась к мосту Найхэ.
***
Двадцать лет спустя Вэй Усяня пригласили в Пристань Лотоса по случаю ста дней со дня рождения первенца в главной семье.
— Цзян Чэн, никогда не думал, что у тебя появится такая очаровательная дочь! Вылитая шицзе!