Chapter Text
Из Европы Чимин привез не только новые воспоминания, милые сувениры и тысячи фотографий, сделанных Чонгуком, но и новую фамилию — Чон. Сначала, конечно, не совсем официально, потому что сменить все документы он смог бы только в Корее, но все в съемочной команде знали, что с момента их скромной церемонии в Церматте он был больше не Пак Чимином, а господином Чон. Чон Чимином, мужем Чон Чонгука.
Стафф решил над ними подшутить и сначала бронировал им отели с односпальными кроватями, на что Чонгук даже немного дулся и говорил, что несправедливо разлучать его с женихом. Он сокрушался и жаловался Чимину, что не хочет и секунды проводить раздельно с ним с тех пор, как они закончили службу в армии и можно было не сковывать себя завесой тайны на двоих. В ответ на это Чимин лишь ласково обнимал его, утыкался головой в подбородок и нежно целовал в краешек губ.
— Чонгук-и, я уже твой, ты ведь знаешь это? — нежно водил он пальцами по широким плечам. — Мы ждали этого почти два года, разве ты не сможешь подождать еще пару дней? А потом у нас будут настоящие кровати для молодоженов, — на этих словах он снова поцеловал Чонгука в край челюсти. — Я стану твоим мистером Чоном, по-настоящему.
— Не хочу быть вдали от тебя даже во сне, — шептал Чонгук, крепче сжимая тонкую талию Чимина. — Даже на пару дней, — он взял лицо Чимина в свои ладони и медленно поцеловал, даря каждую унцию любви и тепла, которая была в его теле. — Не могу поверить, что мы поженимся, даже если и не совсем по-настоящему, — тень легла на лицо Чонгука.
— Но это все правда, Чонгук-и, — тут же нахмурился Чимин, смотря прямо в глаза жениха. — Нас распишут в ратуше, у нас будет свидетельство о браке, я возьму твою фамилию и поменяю все документы дома. Даже если наш брак не будет признан в Корее, это не значит, что его не будет вовсе. Я буду твоим, навсегда.
При мысли о том, что Чимин возьмет его фамилию волна собственничества захлестывала Чонгука с головой. Он представлял, как в их маленьких частных поездках им говорят: «Мистер и мистер Чон» и все его сердце готово было расплавиться от одной этой мысли. Люди будут знать, что Чимин — его муж, что его прелестный маленький хён выбрал его из всех людей в этом мире.
***
Предложение Чонгук сделал в Саппоро, попросил выделить им тихий вечер на двоих без камер, приготовил любимый самгёпсаль Чимина, зажег свечи и каждые три минуты лез в карман пижамных штанов, чтобы удостоверится, что самое главная вещь на месте — золотое кольцо в бархатной коробочке.
— Я пропустил какой-то повод, Чонгук-и? — вошедший в комнату Чимин оглядел украшенный стол, полное отсутствие камер и начал судорожно перебирать в голове, какую важную дату их отношений он мог забыть. Это не было похоже на обычный ужин, а Чонгук как будто всеми силами держался, чтобы не раскрыть какую-то тайну, нервно постукивая пальцами по ногам.
— Что? Дату? Нет, я просто решил порадовать моего любимого Чимин-и, — тут же встал Чонгук со своего места и аккуратно усадил любимого перед столом. — У нас так мало времени осталось перед армией, — сглотнул он нервно. — Хочу оставить нам как можно больше воспоминаний.
— Мой Чонгук будет в армии рядом со мной, не так ли? — нежно улыбнулся ему Чимин и рассмеялся. — Мы будем вспоминать эти дни, во время ежедневной уборки снега у казарм.
— Да, Чимин-и, конечно, — голос Чонгука дрожал еще сильнее. Это начинало настораживать, здесь было что-то еще, но Чимин пока не мог сказать, что именно.
— Чонгук-и, что случилось? Ты сам не свой, — с тревогой в голосе спросил Чимин. Неужели мысли о совместной службе так волновали Чонгука, ведь они были так рады, когда им пришло подтверждение их запроса и они поняли, что полтора года в армии они проведут рядом.
Чонгук резко вздохнул, будто перед прыжком в пропасть, сжал коробочку во вспотевших пальцах под столом и выпалил на одном дыхании:
— Чимин, ты станешь моим мужем?
Резкая тишина обрушилась на них волной. Широко открытые глаза и рот Чимина не давали явного ответа, и Чонгук начал быстро думать о том, как спасти ситуацию и перевести все в шутку, попутно крепко сжимая злополучную коробочку с кольцом. Так и не успев придумать, что сказать, он уже хотел было встать, но тут его остановил тихий голос напротив.
— Это правда? — с надеждой спросил Чимин. — Ты правда хочешь, чтобы я стал твоим мужем?
Этот оттенок надежды в голосе возлюбленного сломал плотину в груди Чонгука и он в этот же момент оказался напротив Чимина, встав на одно колено.
— Правда, — глядя прямо в глаза ему ответил Чонгук. Он раскрыл коробочку и Чимин увидел в ней настоящее кольцо. Это была простая лента из белого золота, украшенная россыпью бриллиантов, которые словно звезды, переливалась в свете свечей. — Я хочу, чтобы мы поженились, Пак Чимин.
— Чонгук-и, милый, но ведь… — начал было Чимин думать обо всех препятствиях, с которыми они столкнутся, а потом осекся видя, как грусть появляется на лице Чонгука. — Мой Чонгук-и все решит, да? Он сделает меня своим мужем ни смотря ни на что?
— Я сделаю, — уверенно ответил Чонгук. — Если ты согласишься стать моим.
— Да, — расплылся в улыбке Чимин, понимая, что слезы уже начали застилать ему глаза. — Я хочу стать твоим ни смотря ни на что.
Надев кольцо на миниатюрный палец Чимина, Чонгук тут же подхватил его на руки начал покрывать лицо жениха быстрыми поцелуями. Тело Чимина в его руках ощущалось самым важным в мире, и теперь, когда он согласился разделить с Чонгуком всю жизнь, тот не думал, что будет способен когда-либо выпустить его из своих объятий.
***
В армии Чонгуку было тяжело, резкая смена темпа жизни и обстановки ударила по нему сильнее, чем он думал. Однако, Чонгук по натуре своей был борцом, который видел цель и не видел препятствий, а когда целью было ни много ни мало сделать Пак Чимина своим законным мужем, то тут вход шло не только упорство, но все доступные и недоступные ему средства. Он твердо решил сдержать свое обещание, Чимин не должен был переживать об их свадьбе. Чонгук организует все сам и докажет еще раз своему возлюбленному, что он не ошибся в выборе.
Чонгук жил по принципу «Нет ничего невозможного для человека с СДВГ и идеей». Если в Корее нельзя пожениться, значит Чонгук поженится в другой стране. Если надо будет заплатить — он заплатит, нужно будет договориться об уступках с руководством — он сделает. Нет ничего невозможного для влюбленного Чон Чонгука, запомните это. Если брак с Чимином можно будет заключить только на Марсе, значит он полетит на Марс.
Эти мысли кружили в голове Чонгука каждый день, с утра и до вечера. Гораздо легче коротать дни в армии зная, что за эти полтора года можно спланировать свадьбу и по окончанию службы выйти почти женатым человеком. Служа на кухне, он параллельно делал несколько дел: во-первых, конечно же исполнял военную обязанность. Во-вторых, был уверен, что его жених всегда сыт и его еда идеально приготовлена. Ну и в-третьих, имел больше свободного времени для организации самого важного события в своей жизни. Лететь на Марс оказалось вполне не обязательно, но можно было немного поднапрячься перед продюсерами и руководством, дать несколько обещаний будущей работы и, вуаля, роспись в Церматте во время съемок второго сезона «Ты уверен?» была у него в кармане.
Периодически они с Чимином совершали пробежки до самого конца служебной части, где редко ходили другие солдаты и ездили машины. Там, на одном старом бревне, под кроной дуба можно было скрыться от чужих глаз и ушей. Буквально на минут десять, ведь они все еще были связаны распорядком суровой жизни в армии. Чонгук мог бы рассказать обо всем Чимину перед отбоем в темноте казармы, но ему хотелось увидеть блеск и сияние глаз его возлюбленного при свете дня.
— Вчера мне звонил менеджер, — пытаясь отдышаться после пробежки сказал Чонгук, поворачивая голову в сторону Чимина, который, закрыв глаза, сидел под деревом и глубоко дышал.
— А? — приоткрыл один глаз Чимин. — Что им нужно?
— Согласовали даты съемок нашего шоу, мы едем сразу после дембеля, — Чонгук ближе подсел к Чимину, упираясь лбом в его колени. Чимин сразу же запустил свои пальцы в его волосы, делая массаж. Шепотом Чонгук добавил. — А еще наши документы для росписи готовы. Мы поженимся в Церматте, в Швейцарии.
Глаза Чимина резко открылись, а рука в волосах Чонгука замерла. Он тут же повалил Чонгука на землю, даря ему самый нежный поцелуй.
— Мой Чонгук-и сдержал слово, — улыбался в поцелуй Чимин. — Я люблю тебя.
— И я тебя люблю, — руки Чонгука начали все активнее оглаживать спину и бока Чимина, забираясь все дальше и дальше. Еще чуть-чуть и ситуация приняла бы патовый характер, им нужно было резко взять себя в руки и отцепиться друг от друга. С тяжестью в сердце и брюках Чонгук отстранился от своего жениха, резко оглядываясь по сторонам, нужно было удостовериться, что они по-прежнему одни. Они резко рассмеялись, а Чонгук не упустил возможности поцеловать костяшки руки Чимина, пока они вставали с земли.
***
— Ты уверен? — тихо спросил Чонгук, не веря тому, что сказал Чимин минуту назад. Потребовалось некоторое время, что до него дошел весь смысл слов. — Я не могу просить тебя об этом, Чимин-и. Твоя семья…
— Поддержит меня, но это мое решение целиком и полностью, милый, — тонкая рука Чимина осторожно погладила костяшки на загрубевшей коже руки Чонгука. Тот огляделся по сторонам кухни в казарме, чтобы убедится, что они действительно одни, и поднес пальцы Чимина к своим губам.
— Но как же традиции… И все-таки твоя семья, — неуверенно сказал Чонгук.
— Если бы правительство признало наш брак здесь, тогда я не стал бы брать твою фамилию, ведь все итак бы знали об этом, — с нежной улыбкой ответил Чимин. — Однако, если я не могу быть твоим мужем по закону здесь, значит я стану твоим мужем по имени. Да, это не традиционно, но я хочу этого. Хочу стать твоим, пусть даже с небольшой уловкой, — рассмеялся Чимин.
Чонгук был окончательно обескуражен предложением его жениха, он тут же бросил кухонный нож, обогнул тумбу на кухне, чтобы упасть на колени перед Чимином и уткнутся лицом и его руки.
— Я не подведу тебя, — прошептал он в ладони Чимина, благоговейно прикасаясь к ним губами. — Господин Чон Чимин будет самым любимым и почитаемым мужем во всем мире.
— Я знаю это, Чонгук-и, — Чимин наклонился к Чонгуку и поцеловал его в ежик коротких стриженых волос. Тут за дверью кухни послышалось шевеление, Чонгук тут же вернулся за стол, взял большую луковицу и начал быстро резать ее, чтобы скрыть дорожки слез, появившихся на его лице, от переполнявших чувств.
Чимин посмотрел на часы, понял, что ему нужно идти, ведь он зашел буквально на пару минут, чтобы сообщить о своей идее Чонгуку. Тронув его плечо на прощанье, Чимин вышел из армейской кухни тихо насвистывая какую-то романтическую мелодию. Дни в армии шли долго, порой мучительно и тяжело, но мысль о том, что сразу после службы они поженятся открывала каждому из них второе дыхание. Словно груз обязанностей становился легче в два раза, потому что он был разделен с мыслями о скорой церемонии в Швейцарии.
***
День дембеля прошел шумно и ярко, поначалу они не понимали, как вернутся в привычную жизнь. Как только, они приехали домой Чимин заперся в ванной на два с лишним часа, а после выпорхнул в объятия Чонгука в его растянутой футболке и шелковых шортах, которые совсем не скрывали, так горячо любимую Чонгуком, мягкую попу.
Последние несколько дней Чонгука мучила бессонница, поэтому он решил поскорее перенести Чимина на их постель, чтобы, уткнувшись в его шею своим носом, постараться заснуть. Чимин же по-хозяйски закинул ногу на бедро Чонгука, медленно перебирая его волосы, как вдруг его осенила мысль.
— Чонгук-и, у нас ведь скоро свадьба?
— Да, котенок, — зевая ответил Чонгук, крепче прижимая к себе Чимина.
— А где наши свадебные кольца? — с ответным зевком спросил Чимин.
Вопрос поразил Чонгука словно молния, казалось, у него было под контролем абсолютно все. Однако, Чон Чонгук умудрившийся устроить свадьбу в Швейцарии совсем забыл о кольцах. Он со злостью ударил себя по лбу.
— Твою мать, — выругался Чонгук в темноту спальни. — Чимин-и, я такой идиот. Я совсем забыл про кольца.
— Тише, не стоит переживать, — нежно начать гладить Чимин живот Чонгука, целуя его в шею. — Мы ведь можем просто купить их завтра? Ты уже почти заснул, мы все решим.
Утром Чонгук первым делом полез в интернет в поисках ювелирного магазина, который может предоставить эксклюзивные условия примерки для вип-гостей, в конце концов, они не могут себе позволить заголовки в прессе: «Чимин и Чонгук замечены в отделе ювелирных колец».
Пока он согласовывал расписание с менеджером, поездку в ювелирный и остатки документов для росписи в Швейцарии, рядом уже проснулся Чимин и тут же перекинул руку через живот Чонгука.
— Гуки? Почему ты не спишь? — сонный голос доносился из-под горы одеял.
— Просто нужно было уладить некоторые дела, — Чонгук быстро чмокнул макушку жениха. — Я собирался готовить нам завтрак.
— Останься еще чуть-чуть, я хочу побыть с тобой, — Чимин положил голову на грудь Чонгука и блаженно закрыл глаза.
Чонгук не смог сопротивляться ни теплым объятиям Чимина, ни его нежному выражению лица, когда он прижимался к нему. В голове был большой список из дел: кольца, выступление на концерте Хосока, документы. Больше всего сейчас хотелось просто закрыть глаза и оказаться в Швейцарии с Чимином. Его глаза задержались на кольце, которым он сделал предложение в Саппоро. Чимин надел его вчера, как только они переступили порог дома. Весь вечер Чонгук не мог отвести глаз от того, как правильно это кольцо выглядит на руке его жениха.
***
Съемки второго сезона их шоу хоть и не были для них неожиданностью, но необходимость снова делить Чимина с большой командой и камерами сковывала Чонгука. После окончания армейской службы прошло не больше недели, и он всеми силами держался за Чимина, в поисках поддержки. Для них было так естественно касаться друг друга, лежать друг у друга на коленях и обниматься без всяких причин. Поначалу Чимин пытался одергивать жениха, но потом решив, что в конце концов, весь материал будет проходит тысячу проверок и им нет нужды так сильно думать о том, как они выглядят в кадре.
Церемония в ратуше была назначена не сразу, сначала они снимали несколько дней шоу, а затем Чонгук выторговал им один полноценный день выходного. Чтобы это ощущалось как полноценный праздник, как самый важный день для них двоих. Простые золотые кольца и рубашки лежали в его чемодане. Он положил их туда в первую очередь, как только им сказали, что размер багажа нужно кратно уменьшить и пока Чимин на камеру смеялся удлинителю, который Чонгук взял вообще-то из лучших соображений, коробочка с кольцами была быстро уложена в самый надежный карман.
В отеле Церматта им забронировали все еще раздельные комнаты, но с двуспальными кроватями. Собственническое чувство все еще скребло внутри Чонгука, при мысли о том, что его и Чимина хотят разделить, но он быстро напоминал себе, что это небольшая цена за возможность сделать Чимина своим мужем. Мужем. Он ловил себя на глупой улыбке каждый раз, когда мысленно называл Чимина своим мужем. Его неземной красоты хён станет его мужем. Хотелось ущипнуть себя, будто ему было снова пятнадцать либо куснуть Чимина за живот.
В перерывах между съемками они запирались в спальне, которую отвели Чимину и наслаждались временем наедине. Лежали, целовались, смотрели тик-токи на одном из телефонов, в общем-то вели себя как настоящие супруги, только пока без штампа в паспортах. Чонгук снова прикусил губу, при мысли об этом, пока валялся на большой кровати. Чимин же крутился перед зеркалом во весь рост и явно хмурился, проводил рукой по волосам и по животу, смотрел на себя в профиль. Такое поведение не скрылось от глаз Чонгука, он тут же подошел к своему жениху и обнял его со спины, нежно целуя в шею.
— Ну чего ты, — прошептал Чонгук, смотря в глаза Чимина через зеркало.
— Надо худеть, — вздохнул Чимин. — Я так сильно набрал вес и волосы совсем не успели отрасти. Буду ужасно выглядеть на фото.
— Не говори так, — Чонгук резким движением отвернул Чимина от зеркала и посмотрел его в глаза. — Ты выглядишь здоровым и красивым.
— Но арми… — начал было возражать Чимин.
— Для тех, кто тебя любит по-настоящему важно, чтобы ты был здоров, — Чонгук ткнулся своим носом в щеку Чимина, а затем трепетно прижался губами. — Для меня мой жених самый красивый.
— Правда? — прижался к его груди Чимин.
— Разве я могу тебе солгать? — снова заглянул ему в глаза Чонгук. — Теперь, когда ты скоро станешь моим мужем, возьмешь мою фамилию, я не предам тебя.
— Мой Чонгук-и, — Чимин ласково поцеловал его и в животе у него заурчало. — Ой.
— Сейчас быстро приготовлю тебе что-нибудь, — Чонгук подхватил жениха на руки и положил на постель. — Отдохни пока, — быстрый чмок в нос. — Я скоро.
Когда Чонгук вернулся с быстрым обедом, то Чимин уже спал. Он решил не будить его, оставалось совсем немного времени до окончания съемочного перерыва, поставил тарелку на тумбочку, а сам сзади, обнимая Чимина поперек живота. Пока он засыпал, глазами он нашел ту самую коробочку и снова непроизвольно улыбнулся. До росписи оставалось несколько дней.
***
В тот самый день все были немного нервные, что было естественно, ведь стафф переживал, чтоб все прошло гладко, охрана переживала, чтобы их не заметили и ни в коем случае не засняли, Чонгук переживал, потому что собирался официально женится на любви всей своей жизни. Чимин же…
Это было настолько непривычно для Чимина, что он сам в первую очередь удивился, но он не переживал. В ночь перед церемонией, они отключили камеры в номере, Чонгук наплевал на все приметы и пришел спать к Чимину, лишь обрадовав того. Утром Чимин внезапно проснулся первым, слегла толкнул Чонгука, чтобы тот перестал храпеть и подумал, что все как надо. Как будто все пазлы в этой бесконечной головоломке встали на свои места и даже если снаружи это казалось не так, то внутри у него был полный покой.
Рубашки были поглажены, кольца ждали на столике, снаружи уже шевелилась съемочная команда, которая сегодня будет свидетелями и теми, кто подарит первые фото и видео для семейного архива. Все было таким простым, правильным и даже его смешно отрастающие волосы уже не так беспокоили его. Помолвочное кольцо, которое он надел накануне при первой же возможности, невероятно мерцало в утреннем свете, а ведь совсем его сменят на другое кольцо. Да, его тоже придется вскоре снять, но вот, что точно не получится у него отнять, так это будущую фамилию. Чон Чимин. Господин Чон. «Добро пожаловать на борт, господин Чон». «Что вы желаете сегодня на ужин, господин Чон?». Такие мысли пускали по его телу мурашки и чувство предвкушения.
— Детка, уже не спишь? — хрипло пробормотал Чонгук и открыл один глаз.
— Кто-то громко храпел, — с притворной насмешкой ответил Чимин.
— А ну-ка иди сюда, — Чонгук резко подмял Чимина под себя и начал зарываться носом в его шею, одаривая его быстрыми и щекотливыми поцелуями.
— Гуки! — заливисто смеялся Чимин, никак при этом не пытаясь спасти свое положение. — Чон Чонгук!
— Да, Чон Чимин? — на мгновение остановился Чонгук и нежно начал целовать пухлые губы Чимина. Он бы соврал, если бы сказал, что эти ангельские губы манили его каждый день его жизни, с тех самых пор, как он влюбился в Чимина. Пробираясь языком все дальше и дальше, он при этом не упускал возможности оглаживать талию и бедра своего жениха. Чимин лишь отдавался этой нежной утренней неге, зарываясь руками и слегка оттягивая волосы Чонгука.
— Еще не Чон, а Пак, — слегка простонал Чимин в поцелуй, который уже явно перешел из категории утреннего приветствия в разряд небольшой любовной атаки, организованной Чонгуком.
— Ну так я это быстро сегодня исправлю, — не переставал зацеловывать и занеживать Чонгук такое желанное для него тело Чимина.
Вид Чимина после сна, такого расслабленного и мягкого, кружил ему голову, а мысли о будущем господине Чон Чимине совсем отбирали весь воздух из легких. Они, конечно же, могли провести в их маленьком мире все утро, а то и весь день, но в дверь стали стучать. То ли стафф понял, что они уже проснулись, то ли действительно была уже пора вставать, но Чонгук в последний раз поцеловал Чимина, и с невероятный усилием, а что говорить и про утренний стояк, отправился первым в душ. Чимин же был распластан поперек постели, щеки зарделись розовым цветом и дыхание сбилось. Он чувствовал себя счастливым и спокойным. Все было хорошо.
Выехали они ограниченным количеством людей, женихов повезли раздельно. Чимин был в полупрозрачной белой шелковой рубашке с тонким шарфом, закрывающим шею. Чонгук же в черной, с тремя расстегнутыми пуговицами сверху. Им помогли уложить отрастающие армейские прически, нанесли легкий праздничный макияж и когда они увидели друг друга в холле ратуши, где предусмотрительно больше никого не было кроме них, глаза Чонгука стали резко мокрыми и образ неземного и слегка смущенного Чимина размылся в его глазах.
— Гуки? — тут же подошел Чимин к нему и аккуратно взял за руки. — Что такое?
— Все хорошо, — улыбнулся Чонгук и тут же начал стирать слезы из глаз. — Ты такой красивый, — он поднес руки Чимина к своим губам и трепетно поцеловал. — Мне так повезло с тобой.
— Это мне повезло, — прошептал Чимин и клюнул Чонгука в уголок губ. — Скоро нас пригласят.
Атмосфера была приподнятой, хотя и слегка напряженной. Охрана следила, чтобы никто лишний не появился здесь в эти полчаса, зарезервированные за весьма большие деньги в этом здании. Стафф делал фото и видео, местные служащие быстро провели их по служебным входам и лестницам в скромный зал, хоть и не лишенный европейского очарования, через большие окна которого лился яркий дневной свет и открывался вид на могучую вершину Маттерхорн, так завораживающую своим видом.
Когда все собрались в зале, гости сели поодаль от женихов, а Чонгук слегка сжал ладонь Чимина, которую не выпускал из своих рук с тех пор, как поцеловал в холле ратуши. Чимин ласково улыбнулся, подмигнул и погладил костяшки Чонгука своими пальцами. Регистратор зашел в зал, заиграла торжественная музыка, и началась церемония.
— Уважаемые молодожены и свидетели, дорогие гости! Мы собрались сегодня здесь заключить брак между господином Пак Чимином и господином Чон Чонгуком перед лицом закона, — глубокий голос мужчины улыбающегося мужчины средних лет расслабил Чонгука. Возможно, потому что он ничего не понимал в том, что ему говорят на немецком и ему оставалось ждать слов переводчика на корейский, но своим сердцем он знал, ему стало так легко и свободно от мысли, что Чимин теперь будет с ним навсегда, что их любовь смогла вынести все трудности и ветер судьбы не развел их в разные стороны, а лишь крепче связал их жизненные пути.
— Прежде, чем мы начнем, я должен задать несколько формальных вопросов. Пожалуйста, отвечайте на них «Да» или «Нет». Господин Чон, является ли желание выйти замуж за господина Пака вашей доброй волей?
— Да, — уверенно ответил Чонгук и тут же посмотрел с любовью на Чимина.
— Господин Пак, является ли желание выйти замуж за господина Иона вашей доброй волей?
— Да, — Чимин также посмотрел прямо в глаза Чонгука, его собственные в это время стали влажным от слез.
— Хорошо. Согласно вашему заявлению, после регистрации вы хотите носить общую фамилию — Чон. Вы подтверждаете это?
— Да, — одновременно ответили они.
— Тогда я объявляю, что в соответствии с этим актом господин Пак Чимин принимает фамилию Чон, отныне он будет именоваться Чон Чимин. Согласно швейцарскому праву и вашему добровольному согласию, я объявляю вас законными супругами. С этого момента вы господин и господин Чон. Примите мои поздравления! — в зале раздались аплодисменты и щелчки затворов камер. Чонгук сильно сжал руку Чимина в своей, оставалось лишь подписать свидетельство о обменятся кольцами, но его чувства захлестнули его в этот момент. Чимин быстро поднес руку Чонгука к своим губам, как бы говоря «я здесь». — Теперь, пожалуйста, подпишите свидетельство. После этого вы можете обменяться кольцами.
Они подошли к столу регистратора и поставили свои подписи. Над графой Чимина стояла подпись «господин Чон Чимин» и сердце каждого из них трепетало при виде этого. После подписания документов им принесли кольца и Чонгук первым трепетно взял ладонь Чимина в свою и, сначала поцеловав, надел кольцо на безымянный палец. Чимин улыбнулся и глаза его тут же превратились в полумесяцы от счастья, он взял кольцо для Чонгука в свои руки, ладони у него слегка вспотели, и он так боялся выронить кольцо из своих пальцев, что казалось мир замер вокруг него. Чимин осторожно надел кольцо на руку Чонгука и также поцеловал его руку.
— Этим ваша семья приобрела юридическую силу. Я желаю господину и господину Чону жизни, полной счастья и бесконечной любви, куда бы ни привел вас ваш общий путь, Маттерхорн всегда будет помнить о вашем союзе. Теперь вы можете скрепить союз поцелуем.
Казалось, что им даже не нужно было дослушивать перевод с немецкого, Чонгук нежно обнял Чимина за талию и наклонил вперед в самом чувственном поцелуе. Чимин закинул ногу ему на талию, а сам в это время держал лицо Чонгука в своих ладонях, так ярко улыбаясь в поцелуй, что он мог соперничать с сиянием снегов на швейцарской вершине. Заставив себя прервать поцелуй, Чонгук прижался своим лбом ко лбу Чимина и прошептал:
— Я люблю тебя.
— Я тоже люблю тебя, Чонгук, — прошептал в ответ Чимин.
***
Чонгук снял им отдельный президентский номер в том же отеле и полностью оплатил праздничный банкет для всей команды. Сами же они уединились в номере после церемонии, ощущая эйфорию от сегодняшнего дня. Перед тем как войти в номер, Чонгук предусмотрительно оглянулся по сторонам и когда понял, что на этаже они одни подхватил Чимина на руки, чтобы перейти порог с ним на руках. Чимин тут же схватил его за шею и начал целовать до тех пор, пока его не опустили на постель. Они прервали поцелуй лишь на пару мгновений, чтобы Чонгук достал смазку.
— О, всегда такой подготовленный, — тут же усмехнулся Чимин и начал расстегивать пуговицы на рубашке мужа.
— Сегодня наша первая брачная ночь, — Чонгук уже расправился со штанами Чимина и практически снял с него белую блузку. Действие, о котором он думал, все церемонию в ратуше. — Я не мог подвести господина Чон Чимина и все испортить.
Чимин лишь углубил поцелуй, снял белье с Чонгука и помог ему снять с себя остатки одежды. Чонгук выцеловывал тонкую шею Чимина, медленно переходя к соскам, пока Чимин гладил пальцами его спину. Поцелуи продвигались все ниже, и вот левый сосок Чимина оказался во рту у Чонгука, пока сам Чимин от нахлынувшего возбуждения сжал одну из ягодиц Чонгука и громко простонал. Все время в армии им приходилось сдерживать себя, ограничиваться быстрыми дрочками в душе, когда они были там одни и стараться издавать минимум звуков. Сейчас же Чонгук чувствовал, что возбуждение усиливается только от одних звуков, которые издавал Чимин, которого больше ничего не могло сдержать.
Сам Чонгук уже зацеловал живот Чимина, сжимая в руках его талию и переходя на пышные бедра. Он ничего не хотел знать и слышать о том, что Чимин набрал вес, у него капала слюна изо рта каждый раз, когда он видел эту мягкую попу в обтягивающих джинсах или без них. Было так тяжело сопротивляется желанию сжать ее, каждый раз, когда Чимин поворачивался к нему спиной. Нужно было признать, что, когда они были наедине, Чонгук, конечно же, не отказывал себе в этом, однако, пока они были вместе со съемочной командой необходимость контролировать себя доводила его до исступления и губ, покусанных в кровь.
Чимин раскрыл перед ним ноги и Чонгук, куснув напоследок этот ангельский животик еще пару раз и тут же зализывая это все поцелуями, опустился начал ласкать внутреннюю часть бедер, все ближе подбираясь к члену Чимина, головка, которого была уже красной и сочилась предэякулятом.
— Чонгук! — стонал все громче Чимин, когда руки мужа наконец добрались до члена сначала просто оглаживали его.
Оказавшись между ног Чимина, Чонгук чувствовал себя на конфетной фабрике, ему хотелось все и сразу. Он не мог оторваться от этих сочных бедер, оставляя на них укусы и поцелуи, которые завтра расцветут темными пятнами. Сладкие стоны Чимина резко перестроили его маршрут, и он ни секунды не думая, взял головку его члена в рот, ритмично посасывая и наслаждаясь тем, как Чимин схватил его за волосы и начал насаживать все глубже. Утыкаясь носом в гладкий лобок, Чонгук все сильнее чувства, как его собственный член уже оставил липкую лужу на его животе.
— Гуки! Ах, я сейчас уже… — Чимин не успел договорить и поток спермы ударил в горло Чонгука. Тот проглотил все и лишь облизал губы напоследок, словно не хотел пропустить ни капли и тут же принялся выцеловывать рот Чимина, давая ему попробовать на вкус собственное семя.
— Повернись ко мне спиной, — прошептал в поцелуй Чонгук и Чимин тут же развернулся к нему, открывая вид, на самые желанные ягодицы в мире.
Чимин уткнулся щекой в подушку и начал вилять попой в воздухе, зная, как это заводит Чонгука. Все его тайные рычаги Чимин держал в своих пальчиках и умело ими пользовался, когда была такая необходимость, а в первую брачную ночь такая необходимость, конечно же, была.
Чонгук выдавил смазку на розовое манящее отверстие Чимина, свою руку и свой член и тут же начал размазывать все это. Прижавшись поцелуем к пояснице Чимина, он аккуратно ввел сначала один палец, но этого оказалось мало, поскольку Чимин тут же начал насаживать себя на него. Чонгук все тут же понял, и ввел второй палец, стараясь осторожно их развести между собой. Третий палец вошел сам собой и когда он коснулся заветного пучка нервов где-то внутри Чимина, то страстный стон раздался на весь номер.
Поцеловав обе половинки попы, и даже прикусив одну, перед тем как вставить свой, уже давно изнывающий член, Чонгук не стал себя сдерживать с одного раза вошел до упора в Чимина, попадая прямо по заветной точке. Номер заполнил звук шлепков влажных тел друг о друга и стоны, которые сливались в унисон. Насаживая Чимина на себя, Чонгук не мог оторвать взгляд от обручального кольца на руке мужа, которое сжимало простынь, он перевел взгляд на свое кольцо, которое сейчас лежало на крепком бедре Чимина.
— Мой, — Чонгук наклонился к уху Чимина выдохнул это слово, самым несдержанным тоном.
— Ах, — очередное попадание по простате выбило весь воздух из груди Чимина и с его губ сорвался новый стон, так сильно ласкающий слух Чонгука. — Только твой, Чонгук-и.
Услышав эти слова, Чонгук сделал еще пару толчков и кончил внутрь Чимина. Он сразу же перевернул его со спины, довел до разрядки парой движений руки член Чимина еще раз и упал рядом с ним на постель, залитую семенем. Чонгук прижал к себе Чимина двумя руками и поцеловал в полные губы. Они шумно вдыхали и выдыхали воздух, и когда Чонгук перевел дыхание, он поцеловал Чимина в висок, нежно переложил его в сторону и встал, чтобы набрать ванну.
Когда вода, с добавлением пены и ароматических масел, была готова, Чонгук вышел в спальню и увидел, что Чимин лежит, блаженно закрыв глаза и закинув одну ногу чуть вперед, открывая вид на покрасневшее отверстие, из которого вытекла тонкая струя спермы. Кожа Чимина блестела от пота и словно светилась в закатном свете Церматта.
— Иди сюда, детка, — ласково подхватил Чонгук его на руки и прикусил кончик розоватого ушка. Чимин был словно довольный кот и ластился к шее Чонгука, прижимаясь к ней губами. Положив Чимина в ванну, он уже было собирался идти менять постельное белье, как его дернули за руку.
— Куда ты? — надул губы Чимин.
Чонгук опустился на колени перед ванной, взял ладонь Чимина в свою и поцеловал кончики пальцев.
— Я только поменяю простыни, — шептал Чонгук, прижимая руку Чимина к своей щеке. — Господин Чон Чимин может не волноваться, его супруг сейчас же вернется к нему.
Чонгук быстро прибрался в спальне, стараясь не терять времени и вернулся в ванную комнату, когда Чимин уже сложил руки на бортик и уперся в них пунцовой от пара щекой. Осторожно сев позади него, Чонгук подтянул его ближе к себе, так, чтобы носом упереться в затылок Чимина и сразу же поцеловать его.
— Все хорошо? — прошептал Чонгук и прижался губами к плечу мужа.
— Лучше не бывает, — Чимин переплел их руки, любуясь переливами обручальных колец в приглушенном свете ванной комнаты. — Я люблю тебя.
— И я люблю тебя, Чимин-и.