Work Text:
— И куда нам теперь смотреть?
Патерсон указал рукой на восток.
— Туда. Мы ищем звезду крупнее и ярче остальных.
— Вегу.
— Именно. Самую яркую звезду в созвездии Лиры. Ты знаешь её историю?
— Нет.
Патерсон откинулся на одеяло. Эш устроился рядом.
— Созвездие Лиры символизирует лиру Орфея. Насколько помню, Орфей играл так прекрасно, что его музыка была способна оживлять неживое.
Пока Патерсон говорил, Эш, улыбаясь, смотрел на восток.
— Орфей влюбился в прекрасную нимфу по имени Эвридика. Но вскоре после того, как они поженились, она умерла от укуса ядовитой змеи. Конечно же, Орфей захотел вернуть её, поэтому предстал перед Аидом и сыграл ему на лире. Музыка покорила Аида, и он согласился отпустить Эвридику при условии, что Орфей не оглянется на неё, пока они не покинут подземный мир.
— И?
Патерсон пожал плечами и крепче прижал Эша к себе.
— Орфей оглянулся, и Эвридике пришлось остаться в подземном мире. Орфей же провел остаток жизни, играя на лире и тоскуя по Эвридике.
— Полагаю, в Древней Греции не существовало службы, которая бы помогала людям клонировать своих умерших близких.
— Вряд ли, — рассмеялся Патерсон.
— Такая печальная история. Бывают ли мифы со счастливым концом, хоть один?
— Очень немного. Думаю, цель этих историй в том, чтобы донести до нас некую мысль. И чем больше я размышляю об Орфее, тем больше понимаю, что этот миф содержит долю правды.
— Что нам следует двигаться дальше?
— Скорее, что красота искусства способна создавать жизнь. Орфей играл на лире, заставляя двигаться камни и горы. — Патерсон коснулся щеки Эша, повернув его голову так, чтобы встретиться с ним взглядом. — Очевидно, что-то вдохнуло жизнь в тебя.
— В меня вдохнули жизнь технологии. — Эш потерся кончиком носа о нос Патерсона. — В каком-то смысле искусство поддерживает жизнь во мне: я каждый день с нетерпением жду, когда ты прочитаешь мне одно из своих стихотворений. Кстати, я нашел Вегу.
Патерсон поднял голову и проследил за взглядом Эша. Вега сверкала в своём углу Летнего треугольника. Рядом с ней они легко обнаружили другие звезды, образующие астеризм.
— Напомни, как называются остальные.
Патерсон опознал Альтаир и Денеб.
— Альтаир — голова созвездия Орла, видишь? А Денеб — вершина Северного креста.
— А у них какие истории?
Патерсон снова развернул Эша лицом к себе.
— Позже расскажу, — пообещал он, а затем их губы соприкоснулись.