Work Text:
— Что ж, сгоняли не зря, — удовлетворенно отметил Кренник, наблюдая, как техники закрепляют в грузовом отсеке «Птерадона» контейнеры с голубоватыми кайбер-кристаллами. Джедаев на Илуме больше не было, но до их наследия контрабандисты, по счастью, еще не добрались. И то сказать — не самый обжитый и привлекательный уголок Галактики. В общем, директор успел раньше — что не могло не радовать — и радостно обобрал бывший Храм подчистую, до голых стен.
— Птерро, готовьте прыжок. Возвращаемся. Разумеется, в обход, чтобы нас не отследили.
Адъютант кивнул и занялся приборами. Честно сказать, Кренник не представлял, кому и на кой хрен может понадобиться в этой ситховой глуши за ними следить, но губернатор настаивал на буквальном соблюдении протокола безопасности и вдобавок периодически проверял бортовой журнал.
Тонко заныли репульсоры. Шаттл оторвался от заснеженной поверхности планеты и пошел вверх. С раскрывающихся плоскостей посыпался снег — пока грузили добычу, по планете успела пробежаться метель.
Кренник поежился. Ну и местечко в свое время выбрали джедаи для медитаций, тут и околеть недолго. Роскошная белая шуба из вампы с Хота сейчас очень бы пригодилась, жаль, не догадался захватить. Хорошо, что сюда уже не придется возвращаться.
Рассчитать обратный курс много времени не заняло. Выйдя из тени Илума, шаттл лег на заданный курс и ушел в прыжок. Все, домой.
Кренник плюхнулся в кресло, вытаскивая фляжку. Самое время согреться. На борту тоже не лето — система отопления барахлит уже неделю, Птерро докладывал, что насос надо менять...
Внезапно индикатор гипертоплива на приборной панели моргнул и начал наливаться зловещим красным светом. Так, ситх его побери, кажется, барахлит не только отопление.
Кренник подался вперед и встревоженно вгляделся в приборы, на всякий случай пристегиваясь.
— Утечка?!
— Не похоже, — Птерро с сомнением покрутил головой. — Наоборот, что-то перекрыло подачу на двигатель. И я даже догадываюсь, что именно...
Не успел директор ядовито поинтересоваться, где бродила догадка адъютанта во время предполетной подготовки, как в моторном отсеке что-то щелкнуло, приборная панель мигнула всеми огоньками и тревожно пискнула, шаттл тряхнуло, завалило на бок и...
— Держитесь! — истошно заорал Птерро, хватаясь за подлокотники кресла. Из отсека штурмовиков послышался грохот и ругательства: вовремя среагировать успели не все.
Шаттл несколько раз кувыркнулся, оставляя за собой полосу белесого сияния, — а потом клубящаяся синева распалась густой россыпью звезд. Их выкинуло из гиперпространства.
Птерро тут же дал по тормозам и схватился за штурвал, пытаясь выровнять крутящийся волчком корабль. Маршевые двигатели взвыли на реверсе, нос шаттла задрался, на плоскостях опасно заискрили статические разряды, однако вращение замедлилось, постепенно затухая.
— Что за ситхово блядство? — рявкнул Кренник, давя подступившую к горлу тошноту. Приключение похлеще грозы на Иду. Интересно, кому он обязан гиперпространственным происшествием как минимум средней тяжести. Не хотелось бы думать про очередное покушение, но как раз в ближайшем к маршруту секторе адмирал Константин на этой неделе планировал маневры Седьмого флота с участием нового крейсера-заградителя. Если это он удружил, дураку не поздоровится, как только они доберутся до флагмана. Однако кораблей поблизости что-то не видно — хотя планета, отдаленно похожая на Лотал, в зоне видимости имеется.
Птерро, которому наконец удалось остановить корабль, с облегчением откинулся в кресле, шумно выдохнув. За переборкой слышалась возня, стук, кряхтение и приглушенные матюки — попадавшие с сидений деструперы приходили в себя.
Работающие вхолостую маршевые двигатели издавали ровный гул. Хорошо, хоть с ними все в порядке. Остальное уже не очень хорошо.
— Птерро, что за хуйня?! Почему нас вынесло?
— Генератор гипердрайва полетел, — мрачно сообщил Птерро. — И, похоже, вместе с форсунками. Десять раз, сука, заявку на замену направлял в главк за последний месяц, хоть бы кто почесался!
— Остальное цело?
— Вроде бы да, — осторожно обнадежил Птерро, запуская сканирование систем.
Кренник мрачно выругался и задумался. Хорошо, что в поломке виноваты не кайберы с их непредсказуемым излучением, а простое человеческое разгильдяйство отдела снабжения. Плохо, что виноват не адмирал Константин — уж он бы его заставил прямо сейчас заменить генератор на новенький с личного адмиральского шаттла, плюс лично вылизать моторный отсек, но Константина с флотом здесь нет. Здесь вообще, кажется, никого нет, кроме терпящего бедствие директора и его команды. Вот это, собственно, и настораживает.
Птерро тем временем, не дожидаясь приказа, запустил сигнал бедствия. Безуспешно: в эфире стояла тишина.
— Кажется, мы крепко влипли, — философски заметил Матиз, потирая скулу: несмотря на ремни безопасности, он все же умудрился обо что-то приложиться. — Что это за планета?
— Сейчас проверим...
Птерро, достав планшет, углубился в реестр. Директор и Матиз терпеливо ждали. Молчание затягивалось.
— Ее нет на картах, — упавшим голосом наконец констатировал Птерро. — Мы в неизведанной части Галактики.
— Вот это мы, сука, попали, — процедил Кренник. — Ладно, что поделать, поехали знакомиться.
***
Вблизи неизвестная планета больше напоминала Кореллию. Глазам пассажиров «Птерадона» предстал омываемый океаном огромный континент, в северной части покрытый лесами, а в южной — пустынями. На юго-западе посреди воды виднелся довольно крупный зеленый от растительности остров. Никакого транспорта не наблюдалось — лишь по высокой орбите медленно полз корабль весьма необычного вида. Вытянутый, словно стрела, серебристый корпус, похожий на часто мелькающую в светских новостях королевскую яхту Набу, в носовой части почему-то украшал прожектор. Прожектор был включен: путь кораблю озарял мощный поток серебристого света. Странная конструкция.
— Попробуем выйти на связь.
Птерро потянулся за микрофоном.
— Говорит имперский шаттл ST-149. Орбитальный транспорт, ответьте!
Тишина.
— Там есть кто живой вообще? — хмуро поинтересовался Кренник.
— Сканирую... Никого, — удивленно отозвался Птерро. — Ерунда какая-то. Даже если эта штука управляется бортовым компьютером, он бы ответил.
О том, что у чужого корабля отсутствует след выхлопа, капитан предпочел промолчать — чтобы не подумали, что он рехнулся с горя от поломки своей дорогой птички.
— Странно это все...
Кренник задумался, сжав губы.
— Что ж, если местные смогли запустить что-то на орбиту, то, возможно, у них найдутся подходящие спецы и техника для нашего ремонта.
— Какая-то цивилизация тут точно есть, — обрадовал Птерро, сканируя поверхность планеты. — В северном полушарии сканер показывает крупные поселения и множественные формы жизни.
— Отлично. Садимся.
Выхода все равно нет, добавил директор про себя. Остается надеяться на лучшее.
***
Птерро не торопясь повел шаттл к поверхности в северном полушарии, вновь запустив передачу SOS. Ответом было молчание.
— Может, местные не знают наших сигналов? Диспетчер, говорит имперский шаттл ST-149, идем на посадку, сообщите координаты, прием!
Ответа не было. Птерро с десяток раз повторил вызов, меняя частоту, после чего, наконец, догадался взглянуть на приборы.
— Бесполезно, — обреченно произнес он. — Они нас не слышат.
Брови Кренника удивленно поползли вверх.
— В смысле? У них нет радио?!
— Смотрите сами, — обреченно вздохнул адъютант, указывая на абсолютно пустой радар.
— Но как? Космические технологии есть, а радио нет?..
— Может, просто затаились и молчат, — предположил Матиз. — Надеюсь, что у них нет также и ПВО.
— Сканер показал бы питание на орудийных системах, — буркнул Птерро. — Здесь их нет.
Директор и Матиз переглянулись. Чего, ситх побери, еще нет в этом проклятом месте? И что есть?..
— В любом случае стоит ждать сюрпризов, — подытожил Кренник. — Не расслабляемся.
***
«Птерадон» сел на опушке леса, изрядно переполошив местное зверье. Кренник вместе с Птерро под оглушительный ор птиц и цоканье белок сошел с трапа в сопровождении двух штурмовиков и, сверяясь с компасом, направился в сторону ближайшего поселения — примерно в километре от места посадки. Однако, не успели они пройти и двухсот метров, как из кустов бесшумно возник отряд остроухих гуманоидов в странных одеждах камуфляжной расцветки, с энерголуками наготове. Впрочем, взяв чужаков в полукольцо, в атаку местные не спешили. Это обнадеживало.
Кренник жестом приказал деструперам опустить оружие и поднял руки, демонстрируя мирные намерения. Птерро последовал его примеру.
Один из аборигенов — видимо, командир, — вышел вперед и, обращаясь к Креннику, с вопросительной интонацией произнес несколько слов на незнакомом певучем языке.
— Простите, я ничего не понял, — Кренник постарался улыбнуться как можно более искренне, сожалея о том, что не догадался захватить в дальнюю поездку протокольного дроида. — Вы знаете общегалактический язык?
На лице местного нарисовалась озадаченность. Похоже, не знает. И что теперь делать?
Абориген вновь произнес несколько слов на другом языке — более грубом, но все так же непонятном.
Кренник стянул перчатки, бросил их на землю, ткнул пальцем в грудь, в небо и снова в грудь. Приложил правую ладонь к сердцу, затем протянул раскрытую ладонь к аборигену и, наконец, сложил руки перед грудью в мольбе.
Как ни странно, тот понял. Жестом приказал своим деактивировать луки, развернулся и поманил рукой пришельцев, приказывая следовать за собой.
Кренник перевел дух. Начало положено. По крайней мере, сразу не убили, а дальше поглядим.
Он искоса посмотрел на замерших в ожидании спутников — и шагнул вперед.
***
Поселение, в которое стремился попасть Кренник и куда в итоге попал под конвоем ушастых лучников, оказалось небольшим городком, выстроенным из золотистого дерева и белого камня. Что-то подобное Кренник видел разве что на иллюстрациях из учебника по истории архитектуры: так уже давно не строили даже на самых захолустных планетах. Жители — такие же гуманоиды, как и встретивший их отряд, — смотрели на чужаков с любопытством и без страха. Кренник слегка приободрился, но тут же вновь забеспокоился. Народ здесь, вроде, не агрессивный, но как с ними хотя бы объясниться? Кроме, хм-м, языкового барьера тут, похоже, технологическая пропасть размером в века, да что там — в тысячелетия. Как бы не пришлось в итоге остаться на этой планете навсегда и по примеру Галена переквалифицироваться в фермеры, не приведи джедай.
На крыльце какого-то большого здания в центре городка их встретили трое — по всей видимости, самые главные в поселении.
Кренник с интересом рассматривал новых персонажей — словно сошедших со страниц древней книги о далеком прошлом Галактики. Седой остроухий гуманоид в длинной парчовой мантии. Пузатый коротышка-гуманоид в расшитом кафтане, с всклокоченной рыжей шевелюрой и длинной, заплетенной в косички бородой. За поясом у коротышки торчал впечатляющего размера топор. Одежда этих двоих напомнила Креннику церемониальные наряды жителей Набу. Третьим был симпатичный темно-русый парень человеческой расы, одетый просто и скромно — в серую тунику и такие же штаны, — однако, судя по его манере держаться, он тоже был одним из здешних лиц, принимающих решения.
— Элен сила люмен омэнтильмо, — произнес седой. Видимо, он был тут самый главный, однако Кренник по-прежнему не понимал ни хрена из сказанного. Возможно, это приветствие? Что ж, взаимно.
— Доброго вам дня, — максимально любезно произнес он на общегалактическом. — Рад нашей встрече. Я — директор Орсон Кренник, мы прибыли на вашу планету из далекого космоса.
Судя по лицу седого, теперь уже он ничего не понимал. Коротышка — тоже. А вот третий...
Человек с интересом приподнял бровь, прислушиваясь, — затем слегка улыбнулся и, обменявшись несколькими певучими словами с седым, к несказанному удивлению Кренника, внезапно заговорил на общегалактическом.
— «Час нашей встречи осиян звездой», говорит вам Келебримбор, сын Куруфина, владыка Эрегиона, — произнес он, указывая на седого. — Сейчас вы в его столице, которая называется Ост-ин-Эдиль. Я, мастер Халбранд, буду вашим переводчиком, господин Кренник.
— Скажите владыке Келебримбору, что я чрезвычайно рад встрече, — ответил Кренник с явным облегчением. Похоже, часть проблем отпала.
Халбранд сверкнул белозубой улыбкой:
— Уже сказал.
Он обернулся к седому — и тот вновь заговорил на своем певучем языке.
— Владыка Келебримбор знает, что вы пришли с неба, и спрашивает, кто вы и что привело вас в Арду.
— Привело куда?
— Арда — так зовется наш мир, — пояснил Халбранд. — Дом эльфов — он кивнул в сторону Келебримбора, — гномов, — теперь кивка удостоился коротышка, — и людей.
Он с улыбкой указал на себя.
— А кто вы и где ваш дом?
— Мы путники в мире звезд, который мы называем Галактикой, — вдохновенно начал Кренник, на ходу перенимая манеру собеседника изъясняться. — Наш дом — за многие тысячи миль отсюда. Двигатель нашего корабля сломался, когда мы пролетали мимо Арды, исследуя иные миры, и теперь мы не можем вернуться домой. Мы сели на вашей планете в надежде найти здесь помощь.
Халбранд, посерьезнев, перевел сказанное. На лице Келебримбора отразилось внезапное изумление на грани благоговения.
— Вы пришли из-за грани мира. Вы — посланцы Валар?
Кренник озадаченно приподнял бровь.
— Простите?
— Валар — так мы зовем силы, что создали наш мир, люди зовут их Высшими.
— Понятно.
Кренник кивнул. Раз с неба, то, конечно же, божества. Типичный признак примитивного религиозного культа.
Судя по выражению лица, похоже, Келебримбор истолковал кивок как согласие. Что ж, побудем местными божествами, это даже полезно.
— Как вы помните, по воле Валар нам закрыт путь за грань, — продолжал Келебримбор.
Убей, не припомню такого, подумал Кренник, но лучше не возражать. Может, дальше что-то прояснится, а пока придется смириться с местной версией джедайщины и мотать на ус.
Келебримбор между тем перешел со своего певучего языка на какое-то другое наречие, которое Кренник, к своему изумлению, отчасти начал понимать сам — хотя Халбранд исправно переводил. Язык напоминал бейсик, чудовищно разбавленный местным диалектом.
— Давным-давно, тысячи лет назад, наши предки были прокляты за свои грехи, — Келебримбор нахмурился, словно припоминая что-то скверное, с чем он столкнулся лично. — С тех пор еще ни один из живущих не смог выйти за круги мира, хотя многие пытались.
— Пытались? Мне показалось, космическими технологиями здесь и не пахнет.
Келебримбор невесело усмехнулся:
— Первое впечатление обманчиво. У нас были мастера, ученые, пилоты, корабли, верховным королем Гиль-Галадом была даже запущена космическая программа «Звездный путь», но... Вы, должно быть, по дороге сюда видели корабль, у самой границы Арды?
— Кажется, да, — Кренник припомнил штуковину с прожектором на орбите планеты. — Что с ним случилось?
— Это «Вингилот-3», наш последний звездный корабль. Его пилот Эарендиль установил на нем один из кристаллов, наполненных светом, что когда-то принесли из-за грани Высшие, и совершил последнюю отчаянную попытку преодолеть запрет.
— В расчете на то, что энергетический импульс кристалла выведет его за грань? — не удержался Кренник.
— Да, — в голосе Келебримбора промелькнуло удивление. — К сожалению, вот уже полторы тысячи лет мы видим его корабль на орбите Арды. Он не смог преодолеть запрет и вернуться также не смог. Эарендиль погиб, а его жена, диспетчер космопорта Серебристая Гавань, от горя покончила с собой, бросившись в море.
— Печальная история, — Кренник сделал подобающе скорбное лицо. — И на этом попытки прекратились?
— Увы. Верховный король сказал, что остается только принять судьбу. Программу свернули, пилотов и техников готовить перестали. Руины заброшенного космопорта зарастают вереском.
— Но ведь наверняка остались разработки, записи, хотя бы в архивах?
— Разумеется.
— Вы сможете поднять записи, чтобы попробовать починить наш корабль?
Коротышка, до сих пор молчавший, вдруг горделиво подбоченился, всхрюкнул в бороду и выдал какую-то реплику на языке, больше всего напомнившем помесь джеонозийского и хаттского.
— Его величество Дурин Третий говорит: «Починить?» — перевел Халбранд. — Вы сказали, починить? Да запросто! Нам только дай что-нибудь починить!
Кренник оптимизма его величества Дурина не разделял, но счел за лучшее в ответ изобразить вежливую улыбку и кивок, обозначающий поклон. Дурин просиял.
Задумчивое лицо Келебримбора меж тем приобрело странное выражение.
— Записи точно найдем, а дальше...
Он помедлил.
— Это... испытание, да?
Вот ситх, точно, догадался Кренник, он же считает нас посланцами этих ихних Валар. Типа, мы же боги, смирение и благородство паствы проверяем, а потом по заслугам воздаем. Как в старой тойдарианской легенде про два нечестивых города.
— Возможно, — дипломатично ответил директор. — Время покажет.
— В таком случае это честь для нас, — эльф почтительно склонил голову.
— Давайте ближе к делу, — встрял Дурин. — Что чинить-то надо?
— Двигатель нашего корабля. — Если у местных когда-то была аж целая космическая программа, можно не заморачиваться подбором аналогий из Темных веков для современных названий. — Мы вам все расскажем и покажем, все схемы в планшете у моего спутника.
Птерро, все это время дипломатично молчавший, кивнул и полез в карман за планшетом.
Келебримбор покачал головой:
— Не торопитесь. Солнце скоро сядет.
Он указал куда-то за спины имперцев. Кренник обернулся. Местное солнце, по виду желтый карлик, и правда уже касалось верхушек окружавшего город леса.
— Утро вечера мудренее. А пока будьте нашими гостями.
Креннику не терпелось поскорее заняться двигателем — но спорить с хозяевами было бы невежливо. Оставалось только смириться и поблагодарить.
Первым делом хозяева решили накормить гостей. Ужинали не в том здании, на крыльце которого шел разговор, — оно называлось Дом Мастеров, — а в доме владыки Эрегиона. Штурмовиков усадили за общий стол. С точки зрения директора, это было вопиющее нарушение субординации, но местные обычаи, очевидно, предписывали оказывать всем посланцам Валар одинаковое почтение.
После месяца на армейских пайках простая, в сущности, еда казалась пищей богов, а уж местный хмельной напиток под названием «мирувор» и вовсе был выше всяких похвал. Халбранд, вводя имперцев в курс здешних реалий, рассказал, что мирувор бывает бодрящий, а бывает, наоборот, успокаивающий, и сейчас, поскольку дело к вечеру, им подали второй вариант. В противном случае их ждала бы бессонная ночь.
Кренник, как мог, поддерживал застольную беседу, переспрашивая значение отдельных слов и пытаясь общаться на языке, который, как выяснилось, на Арде назывался всеобщим, или вестроном. Одновременно он судорожно пытался вспомнить все, что когда-то в студенческие времена читал про гномов и эльфов, — честно признаться, не для общего развития, а чтобы произвести впечатление на барышень с историко-филологического. Получалось плохо: сказки в голове не задержались. Вариант влезть по возвращении на шаттл в Голопедию отпадал: на Арде не водилось не только радио, но и Голосети.
За ужином в общих чертах обсудили, как организовать ремонт. Пускать на борт малознакомых странных аборигенов Кренник не хотел: мало ли что. Сошлись на том, что завтра Кренник и его подчиненные привезут генератор в Дом Мастеров для осмотра. С транспортом местные обещали помочь — на шаттле были только гравиносилки, рассчитанные на чье-нибудь коматозное тело, но никак не на железяку в пару центнеров весом.
После ужина имперцы отправились к себе на корабль. Завтра их всех обещали поселить в Доме Мастеров, где комфорта было определенно больше, чем на борту, но прежде следовало сообщить об этом оставшимся на корабле, собрать необходимые вещи и подготовить злосчастный генератор.
— Шаттл мы закроем и, наверное, заблокируем под пароль, — рассуждал Кренник. — Угнать его не угонят, понятно, но мало ли... Не хотелось бы потом обнаружить белочку, догрызающую пульт, змею в вентиляции и крысу в освежителе — не говоря уж о любопытных гуманоидах.
— Это точно, — согласился Птерро. — Хорошие манеры и почтение к божествам — не повод расслабиться.
— Я вполне допускаю, что местные захотят познакомиться с нами поближе без нашего ведома, — добавил Кренник. — Тем более что нас, помимо хороших парней из Ост-ин-Эдиля, могли видеть и другие при заходе на посадку. И об их намерениях и душевных качествах мы ничего не знаем.
— Вот именно. Сэр...
Птерро замялся.
— Ну что еще?
— Сэр, я, конечно, все понимаю, но... Мы всерьез понадеемся на этих... э-э-э, товарищей, из-за каких-то суеверий просравших космическую программу? — Лицо Птерро выражало глубочайший скепсис относительно познаний и умений аборигенов, а также разумности поступка начальства.
— Конечно, — фыркнул Кренник. — А у нас есть выбор?
Птерро сокрушенно потупился. Выбора, к сожалению, не было.
***
По возвращении выяснилось, что никто, кроме белочек, имперскими гостями не интересовался. Кренник решил счесть это хорошим знаком.
Наутро генератор демонтировали и, погрузив на колесную телегу, запряженную самыми настоящими лошадьми, в сопровождении все тех же лучников доставили в Ост-ин-Эдиль. Путь назад был отрезан. Теперь вся надежда оставалась только на умения и знания местных, да на удачу.
Вокруг генератора сразу же засуетились отнюдь не эльфы — те пока приглядывались на расстоянии, — а подданные государя Дурина, удивительно похожие на угнотов: такие же крепкие, основательные и рукастые мужички, только с бородищами до пояса. И, как сразу же выяснилось, — такие же сварливые. Меж собой они переговаривались на своем гномьем наречии, однако знакомые интонации простых работяг считывались на раз-два. А после того, как Халбранд по просьбе Кренника с ухмылкой перевел пару реплик, высказанных особо скандальным тоном, последние сомнения окончательно отпали. И на Арде, и на Звезде Смерти матерились одинаково — а Дурин, даром что король, весело отвечал подданным в тех же цветастых и многоэтажных выражениях.
Кренник, разумеется, удивлялся, откуда Халбранд знает столько языков, включая общегалактический, но задать вопрос не рискнул — тем более что эльф с гномом этот чудо-скилл воспринимали как должное. Сам он уже гораздо лучше понимал местный «бейсик», но благоразумно решил от услуг толмача пока не отказываться.
Гномы сняли с генератора кожух — а дальше Келебримбор, прикрыв глаза, без всякого сканера и диагностического щупа, просто медленно провел рукой по оголенным деталям.
— Всего лишь обмотка сгорела, — сообщил он обалдевшим имперцам, закончив странный «осмотр». — Зато дотла. Ну и, — он замялся, подыскивая подходящее слово, — проводящие трубки забило горелым. Пару сотен лет не ремонтировали?
Птерро покаянно вздохнул. Кренник развел руками:
— Ну... почти. Наш корабль — единственный в своем роде. Чтобы заменить деталь, нужно делать ее специально под заказ. Не все берутся и не все умеют, поэтому ждали... Вот и дождались.
— Понимаю. Наш народ тоже... неторопливый.
Келебримбор слегка улыбнулся.
— Все не так плохо. Ваш двигатель можно починить.
— Можно? — осторожно переспросил Кренник, опасаясь спугнуть удачу.
— Можно, можно, — утешил Дурин, поглаживая бороду. — Не переживай, нас сам Ауле учил!
Кренник не стал уточнять, кто такой Ауле, — а Халбранд почему-то не спешил его просвещать, — но решил, что это какой-то местный крутой умелец, может быть, даже из той самой космической программы. Вчера ему уже рассказали, что гномы живут столетиями, а эльфы так и вообще бессмертны.
— Теперь ближе к делу, — продолжал Дурин. — У вас есть изображения того, как это должно выглядеть в исправном виде?
— Конечно! — Директор просиял. — Во всех подробностях! Мы вам все покажем!
Он взял у Птерро планшет, открыл нужный каталог и передал Дурину, показав, как пролистывать страницы и менять масштаб.
— Ого, тут все серьезно, — одобрительно заметил король гномов, вглядываясь в чертежи. — Буквы, правда, странные, не наши, ну ничего, вы нам растолкуете.
Кренник и Птерро утвердительно закивали.
— Мы выкуем и вырежем нужные запчасти, но надо будет перенести эту вещь в нашу кузницу в Мории, чтобы сразу подгонять как надо.
— Не вопрос, — согласился Кренник. — Надо так надо.
— Тогда поехали, чего тянуть!
***
Попав вместе с генератором как специалист-консультант в Морию, подземный город гномов, Кренник был поражен красотой и величием гномьего царства. В Галактике, во всяком случае, в ее изведанной части, ничего подобного не существовало. Даже храм джедаев на Лотале, помещенный в скалу не без помощи магии, выглядел аскетично и неуютно. А уж на Илуме... бр-р-р. Темно и страшно.
Мория, в отличие от вышеупомянутых святых мест, была яркой, теплой и веселой... во всех смыслах. Сразу бросалось в глаза, что гномы, или как они сами себя называют, Кхазад, не только умеют махать киркой и молотом, но и выпить не дураки, а там и танцы с песнями. Пока ремонтная бригада с неожиданной аккуратностью разбирала генератор по винтикам, владыка Мории пригласил гостей в личные покои за стол, ломящийся от яств и выпивки, и познакомил имперцев с супругой и хозяйкой. Королева Диса могла бы служить образцом того, что в столице Империи называли «бодипозитив», — пышнотелая брюнетка с яркими губами, сияющими глазами и обаятельнейшей улыбкой. За беседой выяснилось, что она еще и умница с прекрасным чувством юмора. В общем, Креннику определенно здесь нравилось.
Часом спустя веселье было прервано появлением стражника.
— Владыка, у Врат гость. Эльф. Весьма настойчивый.
Дурин сердито засопел.
— Кого еще балроги принесли?!
Владыка гномов, кряхтя, поднялся из-за стола, прошел на террасу с видом на речную долину и выглянул наружу. Кренник из любопытства последовал за ним.
У Врат Мории, прекрасно видных с террасы, переминался с ноги на ногу юный остроухий эльф, причесанный, на взгляд Кренника, по столичной моде времен поздней Республики. Одежка тоже соответствовала: парчовая туника чуть покороче мантии Келебримбора, подпоясанная наборным ремнем. На поясе у юнца висел меч.
-— Это Эльронд, — полушепотом сообщил Дурин. — Сын нашего последнего неудавшегося космонавта и мой давний приятель.
— Тоже мастер?
— Отож, — Дурин хмыкнул. — Мастер языком трепать. Так-то он парень неплохой, да только все знают, что он на службу безопасности Верховного короля работает под видом дипломата. Так что при нем держи ухо востро и лишнего не болтай.
Он обернулся к стражнику:
— Впустите и проводите его сюда!
Болтать Эльронд был горазд за двоих, но после обмена дежурными любезностями Кренник быстро понял, что никаких подробностей о жизни на Арде от этого приятного собеседника ждать не приходится. Оставалось надеяться, что сам он произвел на эльфенка впечатление учтивого и безопасного гостя, которого не придется вышвыривать пинками или на всякий случай ликвидировать. Конечно, он судит по себе, но Империя со странными чужаками церемониться бы не стала.
Из разговора Кренник понял, что эльфенок пришел справиться по поводу какого-то мифрила, который зачем-то очень нужен верховному королю Гиль-Галаду. Очень срочно нужен. Дурин степенно отвечал в том смысле, что скоро только кошки родятся в замке Тевильдо, а шахты требуют осторожности, хорошего крепежа и не менее хорошей вентиляции с вытяжкой, а то рудничный газ шуток не любит. В общем, как понял Кренник, эльфа определенно кормили завтраками.
Полчаса спустя гость, явно разочарованный, откланялся, едва притронувшись к угощению. Кренник немедленно поинтересовался, что такое мифрил.
— Мифрил — это металл, — пояснил Дурин. — Легкий, ковкий и очень прочный. Кольчугу из него, к примеру, даже копье не пробьет. Кстати, именно из мифрила мы будем делать запчасти для твоей штуковины.
— Интересно.
— Мифрил глубокого залегания, — заговорщическим шепотом сообщил Дурин, подмигивая, — самый лучший. Мы только недавно до него добрались.
— А почему так?
— Копать вглубь ниже двух километров не разрешал старый король, отец Дурина, — пояснил Халбранд. — Говорил, что мы разбудим древнее зло. Старик умер три года назад, с тех пор копаем вглубь, пока ничего не разбудили. А сколько всего нового узнали...
— Особенно с тех пор, как верховный король спровадил командующую Галадриэль повоевать с орками на дальнем Юге, — подхватил Дурин. — А то ей везде зло мерещилось. Хоть в санаторий отправляй нервы полечить, право слово!
Вылитая Лира эта неведомая Галадриэль, подумал Кренник. Та тоже все порывалась запретить Галену исследовать кайберы — мол, это опасно и оскорбляет память джедаев. Что ж, предсказуемо плохо кончила. Судьба здешней ипостаси Лиры его ни в малейшей степени не волновала.
— Верховному королю наши разработки тоже не нравятся. Но мифрила хочет — якобы он спасет Арду от увядания.
— Энтропии, — перевел Халбранд.
— Кукиш ему, а не мифрил! — Дурин не на шутку распалился. — А от увядания я ему горячих камней накопаю на северном руднике, шоб его эльфийское величество был здоров!
— Урана накопает, — пояснил Халбранд, — для лучевой терапии. Это шутка, конечно, такое давно не применяют.
— А почему эльфы сами не добудут этот мифрил, а просят вас? — полюбопытствовал Кренник.
— Эльфы? Добудут?! — Дурин презрительно фыркнул. — Куда им! Вот нас сам Ауле учил!
— Ага, в основном дурному, дорогой, — с улыбкой провозгласила Диса, поднимая кубок. — Так выпьем же за все дурное, что в конечном счете научило нас чему-нибудь хорошему!
Кубки звякнули, пир продолжился, беседа плавно перетекла на красоты хозяйского дворца и архитектуру в целом, — и вот тут Кренник блеснул, хотя его учил отнюдь не загадочный Ауле, а вполне прозаические профессора «Программы будущего».
***
Дни текли один за другим. Мастера работали, Кренник и Птерро указывали и поправляли. Местные, что гномы, что эльфы, оказались на удивление толковыми, схватывая новые знания буквально на лету. Кренник даже подумывал, не попытаться ли сманить хотя бы нескольких на строительство, когда ремонт наконец завершится, — но, поразмыслив, отказался от этой идеи. Слишком много геморроя с адаптацией, слишком много вопросов у губернатора и ИСБ. Нафиг, нафиг. К тому же сначала надо двигатель починить.
Сам он, уже довольно сносно освоив вестрон, по вечерам за бутылью мирувора вел пространные разговоры с хозяевами об архитектуре, механике, космических полетах... обо всем. Кроме Звезды Смерти, разумеется. Кстати, мирувор, хотя и был значительно слабее бренди, неожиданно пришелся директору по вкусу — тем более что запасы спиртного на шаттле закончились как-то слишком быстро.
Местные оказались благодарными слушателями. Особенно, как ни странно, Халбранд. Вопросы, которые он задавал, порой ставили Кренника в тупик. Директор иногда даже сомневался: а точно ли Халбранд человек? Слишком уж много он знал и, похоже, запоминал все. Иногда Кренник ловил краем глаза взгляд Халбранда — внимательный, странный и, кх-м-м... оценивающий. Местная версия джедая? Об этом лучше не думать.
Еще пару раз в палаты короля Дурина заходил Эльронд. Осторожно, тайком от хозяев, пытался, подливая мирувора, выспрашивать Кренника, как там, за гранью мира. Восторженно рассказывал о Галадриэль. Кренник осторожно кивал, временами вставляя в разговор многозначительное «м-да, любопытно». Он практически сразу понял, что обитатели Мории и Ост-ин-Эдиль считают командующую Галадриэль слегка поехавшей и эту даму лучше не обсуждать вообще. Кроме того, ему сказали — Халбранд сказал, — что Эльронд, как и Келебримбор с Дурином, не видели мира, где живут местные боги. Поэтому в ответ на вопросы Эльронда можно было вдохновенно врать.
Воякам, как ни странно, тоже нашлось дело. Матиз обучал эрегионских следопытов бою на дубинках, а они, в свою очередь, учили штурмовиков смерти управляться с энерголуком и маскироваться на местности. Маневры, разумеется, подкреплялись ударными дозами мировура для обеих сторон.
Короче, все были при деле.
***
Через два месяца ремонт был, наконец, завершен. С виду генератор сиял как новенький, словно только что сошел с конвейера Кореллианской инженерной корпорации.
— Обмотка и болты из отборного мифрила глубокого залегания, форсунки тоже, — гордо заявил Дурин, — им сносу не будет, бородой Ауле клянусь! Все почистили, разболтавшиеся контакты укрепили, пару десятков резисторов заменили...
— На что? — встревожился Кренник.
— Пхе. Думаешь, у нас силиция не водится? — Дурин фыркнул. — Не паникуй, те, что с чипами, мы не трогали. Все контакты эльфы проверили, ни одна связь не пропала. Можно запускать!
К шаттлу генератор сопровождали все трое хозяев плюс гордая успехом бригада гномов-ремонтников. Имперцы могли установить оборудование и сами, но, разумеется, благодарный Кренник не раздумывая пригласил всех спасителей на борт.
С помощью гномов генератор живенько и бодро воткнули на место. Индикатор моргнул, показывая, что контакт с остальным оборудованием установлен. Птерро, заметно нервничая, запустил проверку систем.
— Работает, — восхищенно выдохнул он пару минут спустя.
— Конечно, работает, — невозмутимо отозвался Дурин. — Кстати, успешный ремонт надо отметить.
Он достал из складок необъятного кафтана фляжку и протянул Креннику:
— Чтоб летало и не падало, во имя бороды Ауле!
— Воистину, — Кренник храбро глотнул из фляжки и чуть не поперхнулся: такого огнища не пили, пожалуй, даже на Памарте. Его мгновенно бросило в жар. Ситх, это точно не мирувор!
— Ч-что это?
— Норпейх. Огненный эль нашего народа, — гордо пояснил Дурин, в свою очередь отпивая из фляжки. — Как говорят мастера, в некоторых вещах без поллитры не разобраться. Ваша хитровыдуманная вещица как раз из таких.
— Я за рулем, — поспешно и решительно открестился Птерро.
— Как знаешь, — Дурин пожал плечами. — Главное, вещицу береги, она теперь на вес золота. Ну, соседу не предлагаю, а то свалится прямо тут... Халбранд?
— Давай, пожалуй, — Халбранд протянул руку за фляжкой.
— А я за здоровый образ жизни, — улыбнулся Келебримбор, извлекая из складок мантии солидную бутыль с мирувором. — Здоровья и долгих лет нашей вещице!
***
Пока всем миром обмывали ремонт, — вежливый Келебримбор угостил и Матиза, гномы-механики тоже достали свои фляжки, и только деструперы в шлемах и при исполнении вынужденно оставались трезвыми, — Кренник на минутку спустился в грузовой отсек и вернулся оттуда с контейнером.
— Владыка Келебримбор, государь Дурин, мастер Халбранд, — произнес он с торжественным выражением лица. — Я у вас в долгу, практически неоплатном. Лишь этим скромным даром я могу воздать за добро...
Он приподнял крышку контейнера. Внутри в креплениях лежали три кайбера. Свет ламп отразился в гранях, рубку залило голубоватое сияние.
— Это магия? — живо поинтересовался Дурин. — В наших пещерах я подобных еще не находил.
Кренник улыбнулся.
— В какой-то мере да. Это кайбер-кристаллы. Они могут фокусировать и отдавать энергию неизмеримой силы. Возможно, вы найдете им применение.
Келебримбор протянул руку и осторожно коснулся грани кристалла — и тот отозвался легким сполохом.
— Они... живые? — благоговейно произнес эльф.
Ситх, как же они похожи на Галена, подумал Кренник. Похожи своим упорством в следовании принципам и одновременно верой в чудеса.
— Есть мнение, что да, живые. Они очень мало изучены, мы собираемся это исправить.
— Мастера у вас хорошие, не отнять, вон какую штуку построили... Удачи вам с кристаллами, — добродушно проворчал Дурин.
— Как и вам — в ваших трудах. Спасибо вам за все.
— Рады были вам помочь, — Келебримбор выглядел взволнованным. — Быть может, и нам когда-нибудь удастся вырваться за круги мира. Хотя бы людям... Есть пророчество о том, что люди, младшие дети Эру, не привязаны к миру и за его гранью обретут свободу.
— Я оставлю вам чертежи «Птерадона», чтобы учиться по ним, — Кренник протянул эльфу планшет. Разумеется, запасной, в котором, кроме чертежей, ничего не было. — Но этот путь будет долгим.
Он улыбнулся. На миг подумалось: интересно, знают ли местные, что такое хотя бы сопромат. Но это уже их трудности.
Келебримбор улыбнулся в ответ.
— У нас впереди вечность. Как-нибудь справимся.
— А вот у людей нет в запасе вечности, — возразил Халбранд. — Поэтому нам придется поторопиться.
Тем временем Келебримбор извлек из кармана какой-то блестящий предмет, который Кренник поначалу принял за чекушку с водкой или флакон духов, — но не угадал.
— Это фиал света, — торжественно изрек эльф, передавая блестящую штуковину Креннику. — Он будет сиять там, где погаснут остальные огни.
Кренник почтительно принял подарок, выразив восхищение и одновременно подавив тяжелый вздох. Опять эта местная джедайщина. Покойной Лире, несомненно, понравился бы такой, хм-м, артефакт. Тот чемоданчик, что он привез на Канзи, она потом на амулеты растащила. Один, с трещиной, носила на шее, правда, на мертвой Лире его уже не было — видимо, ребенку отдала, с нее бы сталось. С ребенком кайбер и пропал. Однако, эльфийский кристалл выглядит куда лучше. Кренник невольно залюбовался: ровные грани, ни единой трещинки, и вот этот странный холодный свет, идущий изнутри... Явно руками сделано — и явно без магии не обошлось.
Халбранд молчал и улыбался уголками губ, глядя на Кренника серьезно и пристально. Вроде бы хорошо общались и тепло прощались, но директору от этого взгляда отчего-то стало неуютно. Скорее бы все закончилось.
***
«Птерадон» плавно оторвался от земли, развернулся и пошел набирать высоту. Внизу прощально махали вслед гномы. Эльф и человек просто смотрели на уходящий шаттл с задумчивыми выражениями на лицах. Экипаж этого уже не видел. Арда оставалась позади — навсегда.
На орбите серебристой искоркой по-прежнему размеренно наматывал круги «Вингилот-3». Кренник вспомнил трагическую историю Эарендиля. Повторить его судьбу, если что-то пойдет не так, совершенно не хотелось.
По счастью, из атмосферы вышли без проблем, оставив мертвый корабль за кормой. Теперь очередь за гипердвигателем — благо, расчет уже закончен.
— До выхода в гиперпространство три... два... один...
Кренник машинально сжал в кулаке подаренный кристалл, словно это могло принести удачу. За время общения с фантастическими существами он немного уверовал в мистику.
— Ноль, — Птерро, свернув из пальцев левой руки кукиш от сглаза, потянул правой рукой рычаг гипердрайва.
Тихий ровный гул двигателя усилился. Звезды привычно слились в линии, сменившись успокаивающей синевой.
— Фух-х, — Кренник шумно выдохнул. — Хвала звездам, получилось.
— Ну, теперь доедем, — скептически заметил Птерро, то и дело беспокойно сверяясь с приборами. — Надеюсь. Я ведь так и не смог привязать к карте местоположение этой ситховой Арды. Так что расчет весьма приблизительный...
— Так, блядь, не начинай о шансах, — оборвал Кренник, доставая из-под кресла подаренную на прощание Келебримбором бутыль мирувора. — Даже думать не хочу, что мы понятия не имеем, куда летим. Хватит уже с нас приключений.
— Ну, мое дело предупредить... На Корусанте надо будет по новой подать заявку на ремонт, — не унимался Птерро. — Лишние запчасти не помешают.
С этим Кренник был полностью согласен. Главное — долететь. Ситх с ним, он даже согласен безропотно пережить разнос от Таркина за долгое и незапланированное отсутствие — только бы удалось вернуться.
— Пять часов до первой перевалочной точки, — сообщил Птерро.
Матиз зевнул:
— Предлагаю подремать. Что бы ни случилось, от нас это сейчас не зависит примерно никак.
— Золотые слова, — Кренник от души глотнул мирувора и откинул спинку кресла. Эльфийское бухло странным образом успокаивало и настраивало на философский лад. — Птерро, гаси свет. От судьбы не уйдешь.
Шестью часами позже гиперпространство мягко отпустило, прямо по курсу нарисовался банальный и знакомый Кристофсис — и у Кренника, наконец, окончательно отлегло от сердца. Выбрались.
***
— Директор, где вас носило? — сквозь раздражение в голосе губернатора ясно слышалось, кто бы мог подумать, любопытство. — Ладно, командировку на Илум я вам сам подписывал — а остальные два месяца? Если бы не соображения секретности, я бы давно подал в галактический розыск!
— Вот где меня носило, — Кренник эффектно шлепнул о стол пачкой распечатанных заявок на ремонт шаттла. — Гиперпривод полетел, мы застряли в каких-то ебенях, где даже связь не берет, хорошо, что у туземцев оказались руки не из жопы и они восстановили генератор практически с нуля! А что, бля, если бы нет?!
— Соболезную. И сколько туземцы содрали с вас за ремонт?
— Нисколько, — осклабился Кренник. — Я им понравился.
— Даже так?
— Представьте себе, да.
— Ладно, верю, — смягчился Таркин. Главное, что Кренник, со всем его самомнением и самолюбованием, снова на месте, а не ситх знает где. — Кайберы хоть добыли?
— Разумеется. Они уже в лаборатории.
Кренник не стал уточнять, что вместе с кайберами он сдал на исследование и подаренный в ебенях кристалл. Лишние подробности ни к чему.
Губернатор хищно улыбнулся.
— Замечательно. Кстати, не забудьте завтра представить подробный отчет с описанием этих ваших гостеприимных ебеней.
На лице Кренника отразилось искреннее недоумение:
— Зачем?
— Мне интересно, — признался Таркин, — кто смог безропотно вынести ваше постоянное общество на протяжении двух месяцев и не подложить на прощание бомбу в шаттл... Да, отчет от ситуации на строительстве за последний квартал тоже прислать не забудьте.
Он саркастически усмехнулся, увидев, как перекосило Кренника при упоминании квартального отчета.
— А вы как хотели, директор? Добро пожаловать домой.